Истории из жизни
MAX ·
«Поэтому я нанял лучших людей, чтобы проверить тебя, — невозмутимо признался Виктор Аристархович. — Они проверили твои счета, твои связи, твою историю. Они вскрыли твою переписку. Они нашли все».
Зал затаил дыхание. Сейчас он сбросит последнюю бомбу. Сейчас он растопчет меня.
«И знаете, что они нашли? — свекор обвел зал взглядом, в котором впервые за вечер читалось подобие уважения. — Они нашли то, что эта девочка последние полгода анонимно правила бухгалтерские отчеты Антона.
Что она со своей скромной зарплаты закрывала его долги перед мелкими подрядчиками, чтобы они не подали на него в суд. Что она пыталась заставить этого оболтуса пойти учиться на MBA и составить нормальный бизнес-план. Она — единственная в этой комнате, кто действительно пытался спасти моего сына не ради его фамилии, а просто потому, что любит этого идиота».
Антон, убрав руки от лица, посмотрел на меня огромными глазами.
«Марина, — голос Виктора Аристарховича смягчился. — Ты не охотница за богатством. Ты, к моему огромному сожалению, просто женщина, которая выбрала неправильный объект для инвестиции своих сил и ума».
Он сложил свой листок пополам и убрал во внутренний карман пиджака.
«Поэтому мой свадебный подарок будет нестандартным. Антон, завтра твои счета будут заморожены. Квартиру на Патриарших ты освобождаешь до конца недели. Ты не получишь ни копейки из моих денег, пока не найдешь работу. Настоящую работу. Можешь пойти курьером — заодно узнаешь, как работает доставка продуктов на самом деле».
Антон побледнел до синевы.
«А ты, Марина, — свекор посмотрел мне прямо в глаза, — в понедельник жду тебя у себя в офисе. Мне нужен новый финансовый директор. Тот, кто умеет вытаскивать безнадежные проекты из задницы. И, кроме того, я переписываю 30% акций своей компании на твое имя в качестве свадебного подарка. Они твои. Независимо от того, останешься ты с этим балбесом или нет».
Он поднял свой бокал с минеральной водой.
«За честность, господа. И за новую хозяйку в этой семье. Горько!»
Сказать, что наступил хаос — значит ничего не сказать.
Виктор Аристархович выпил воду, аккуратно поставил бокал на стол, кивнул мне, развернулся и вышел из зала в сопровождении двух своих телохранителей, оставив нас разгребать руины.
Первой взорвалась Инесса Эдуардовна. Она с криками бросилась к выходу, по пути споткнувшись о шлейф собственного платья. За ней, матерясь и угрожая судами, последовал дядя Аркадий.
Остальные гости гудели, как растревоженный улей. Те, кто снимал все на телефоны, торопливо отправляли видео в сеть. Я видела, как светские львицы с горящими глазами перешептывались, уже предвкушая, как будут перемывать кости семье Воронцовых в лучших ресторанах Москвы.
Ведущий, бледный как полотно, с дрожащей улыбкой подошел к микрофону и проблеял:
— А сейчас… музыкальная пауза?
Музыканты нервно заиграли какой-то джаз.
Я сидела за столом, оглушенная происходящим. Мои родственники из Новосибирска, видимо, решили, что у московских богачей так принято развлекаться, и просто заказали официанту еще водки.
Антон сидел рядом, уставившись в одну точку. Внезапно вся спесь, весь его лоск золотого мальчика исчезли. Передо мной сидел растерянный, напуганный парень, который только что потерял все, кроме меня.
Я посмотрела на него. Потом на зал, который гудел, как турбина самолета. Потом на пустующий стул свекра.
— Ну что, — тихо сказала я, беря Антона за руку. — Кажется, медовый месяц на Мальдивах отменяется.
Он медленно повернул ко мне голову.
— Ты… ты бросишь меня? — его голос дрожал. — У меня ничего нет, Марин. Отец не шутит. Он правда все отберет.
— Зато у меня теперь есть 30% акций логистической империи и должность финансового директора, — я усмехнулась. — И первое, что я сделаю в качестве твоего начальника, Антон, это заставлю тебя написать нормальное резюме.
