Публикация от 1 августа 2026

– Это другой почин. Съездил, например, в Москву, а вернулся – под ногами родная земля. Вот в чём дело-то! – Миша вздохнул. – Тогда езжай. Могу и телефончик дать своего кореша, с которым учился, теперь он в коммунальной конторе сантехником работает. Как раз по твоему профилю. Зовут Алексеем. Приедешь – позвони ему, скажи, что от меня и всё такое. – Может, сразу сам позвонишь? – робко предложил Миша. – А ты молодец, куёшь железо, пока оно горячо! Вадим дозвонился, коротко объяснил ситуацию, и, видимо, услышав положительной ответ, улыбнулся: – Вот видишь – везёт тебе! – Теперь и ехать не страшно! – вздохнул Миша. Букреев на радостях хотел в тот же день отправиться, но Вадим удержал: – Ну и кому ты нужен в воскресенье, да к вечеру? А завтра с утра пораньше рванёшь, к обеду будешь в Москве, а там Лёха всё объяснит. А пока у меня заночуешь. Жена сейчас соберёт обед, хряпнем по рюмашке. Хотя и приветлив Вадим, гостеприимен, а всё равно ночевать в чужом месте не очень-то комфортно. Всё равно, что в больнице. Но деваться некуда, и Миша готов был на всё, лишь бы уехать, заработать денег, уж сколько – неважно, главное, не чувствовать себя должником. На следующий день он добрался до столицы, встретился с Алексеем – примерно ровесником, крепким и уверенным в себе, и, неожиданно быстро устроившись на работу, заняв угол в снимаемой артельно двухкомнатной квартире, отправился с земляком по вызовам. За неделю освоился и стал работать самостоятельно. Вызовов много, люди все разные, но он ни с кем не конфликтовал. И не отлынивал от работы, а сказал диспетчерам, чтобы не стеснялись и вызывали в любое время суток, тем более, что стал хорошо зарабатывать – никакого сравнения с птицефабрикой. И хотелось поскорее рассчитаться с Вадимом и помочь сыну. Теперь всё изменится. И плевать ему на всяких родионовых. У него есть сын, и он его отец. Полтора месяца он отработал в столице, скопил приличную сумму, экономя на всём, и ехал на две недели в свой посёлок героем. Ему очень хотелось всем рассказать, чего добился, и теперь ни перед кем не будет прятать глаз. В райцентре он сразу зашёл к Вадиму, но его не оказалось дома, тогда отдал деньги жене, позвонил товарищу и поблагодарил, как мог. Букреев спешил в посёлок, спешил увидеть сына, обнять, поцеловать и подарить плюшевого медведя. Когда добрался, проветрил дом, включил холодильник, подключил газ, со двора принёс зеленевшую герань, на вольном воздухе полыхавшую алыми цветами; цветок под дождями и солнцем распустился на удивление буйно и празднично. Миша подумал: «Вот и иной человек, как цветок: сменит жительство и настроение становится не похожим на прежнее!» Заметив соседа, к нему заглянула тёща. Её измождённый вид, чёрный платок будто обожгли, а немного непонятные слова добавили неясности: – Вот и Миша вернулся… Мы тебя ждали. Сашенька все глаза проглядел. Букреев замялся, растерявшись от её слов, а более от вида бывшей тёщи. – У нас горе-то какое – Светлана разбилась на машине. Вместе с шофёром, – залилась она слезами. – С Родионовым, что ли? – всколыхнулся Букреев и часто задышал. – С ним, с ним, окаянным… Прости, Господи! Они поехали в райцентр и с грузовой машиной столкнулись. Вчера сороковины были. – Саша где? – Спит… Каждый день Свету вспоминает и тебя зовёт… Ох, горе-то какое. Пойдём к нам. Он вот-вот проснётся, тебя увидит – обрадуется… А я уволилась, с Сашенькой сижу. – Тёща мелко задрожала, уткнулась в ладони, а он не знал, что сказать ей. – Перестань, Полина! Пошли к сыну, я подарки привёз! Сынишка, проснувшись, сперва посмотрел на бабушку, потом на Букреева и, узнав, подбежал к нему и обнял. – Ну, вот, сын, ты и дождался папку! – он чмокнул светленького, со спутанными со сна волосами Сашку в щёку, поднялся с колена и отдал ему пакет с подарками, но сын даже не заглянул в него. – Ты не уедешь? – спросил он и, только услышав от отца «нет», начал изучать подарки.