Истории из жизни
MAX ·
– Знаете, я ведь с Ритой по привычке живу. Ну, она для меня как… Ну, как старый диван. И выбросить жалко, и сидеть уже неудобно.
Осенью все началось с обычного торта. Тогда я еще не подозревала, что именно с этого дня моя жизнь постепенно свернет в совсем другую сторону.
С самого утра я возилась на кухне. Готовила праздничный торт: нежный сливочный крем, прослойку из спелой вишни, ароматную ваниль, которую берегла только для самых важных случаев. Крем пришлось взбивать так долго, что рука едва не онемела, но ведь годовщина свадьбы бывает всего раз в году.
К вечеру домой пришел Семен. Как всегда, не спеша снял обувь у входа, прошел на кухню и молча устроился за столом. Его широкие ладони были темными и шершавыми — многолетняя работа в котельной оставила след, который уже невозможно было смыть. Он взял вилку, придвинул тарелку и сразу включил телевизор.
Я аккуратно поставила торт перед ним. Свечи даже не доставала — заранее знала, что он назовет это ненужным представлением. Просто села напротив и стала ждать.
Семен спокойно доел горячее, потом салат, затем отрезал кусок торта и, не сводя взгляда с экрана, принялся есть. Я надеялась, что он вспомнит сам. Он молча взял еще один кусок.
— Сем, — негромко сказала я. — Ты помнишь, что сегодня за день?
Он бросил на меня короткий взгляд.
— Среда, — равнодушно ответил он.
— Сегодня наша годовщина.
Он кивнул, продолжая смотреть телевизор. Телевизоры
— А… Ну тогда поздравляю.
Праздничного вечера не получилось.
После ужина я накрыла торт полотенцем и отнесла его соседке Вале. Она удивилась, но подарок приняла. Совсем недавно она с радостью показывала новые серьги — супруг заказал их специально к их годовщине.
Тогда я только улыбнулась и сказала, что в каждой семье свои традиции. А теперь вдруг осознала, что даже не могу вспомнить, когда Семен в последний раз преподнес мне хоть какой-нибудь подарок.
Вернувшись домой, я увидела, что он уже лежит в спальне. Телевизор негромко работал.
— Больше не стану ничего тебе напоминать, — тихо произнесла я в темноту. — Ни про даты, ни про чувства.
Ответа не последовало. То ли он уже спал, то ли просто решил промолчать. Теперь это уже не имело значения.
На следующий день позвонил сын Никита. Сказал, что в выходные приедет вместе с Дашей. Они поженились совсем недавно, и я до сих пор не понимала — счастливы ли они по-настоящему или просто привыкли жить вместе.
Я приготовила хороший обед. Семен привычно сел во главе стола. При сыне он всегда становился особенно уверенным, словно хотел лишний раз показать, кто хозяин дома.
Мы спокойно разговаривали. Никита рассказывал о своей работе, Даша почти не вмешивалась в беседу. Когда я поставила на стол свежий пирог с румяной хрустящей корочкой, Семен неожиданно откинулся на спинку стула и усмехнулся.
— Наша мать только пироги и умеет печь. Прямо как деревенская бабушка. Сейчас все давно еду заказывают, а она по старинке тесто месит.
Никита усмехнулся вслед за отцом. Даша заметно смутилась.
Мне стало трудно дышать. Хотелось присесть, но ноги будто приросли к полу. Наверное, со стороны казалось, что я просто задумалась.
— Между прочим, именно благодаря этим пирогам мы смогли купить новый холодильник, — спокойно ответила я. — И не только его.
Семен небрежно махнул рукой.
— Да перестань, это же шутка.
— А я сейчас совершенно серьезно.
Он посмотрел на меня, пожал плечами, взял еще кусок пирога и тут же перевел разговор на футбол. Никита с готовностью поддержал новую тему, а Даша продолжала молчать.
Когда гости собирались домой, мы с ней вместе мыли посуду. Не оборачиваясь, она тихо сказала:
— Никита раньше тоже позволял себе такие слова. Пришлось быстро объяснить ему границы. После этого стал осторожнее.
Я ничего не ответила. Но ее слова долго не выходили у меня из головы.
Ночью я лежала без сна и смотрела на спящего мужа. Он лежал на спине, слегка приоткрыв рот. Его большие натруженные руки покоились поверх одеяла. Я знала каждую царапину, каждую трещинку на коже.
