Истории из жизни
MAX ·
— Мама уехала, — сказал он, не глядя на жену. — Она очень расстроилась.
Лариса молча прошла в спальню, переоделась, легла на кровать. Дмитрий так и не пришёл к ней.
Следующие дни прошли в холодном молчании. Они виделись только утром за завтраком и поздно вечером, когда оба возвращались с работы уставшие и вымотанные. Лариса чувствовала, что между ними выросла стена, но не знала, как её разрушить. А может, и не хотела.
Ольга Петровна не звонила неделю. Потом две. Лариса начала надеяться, что свекровь наконец-то поняла намёк и оставит их в покое.
Но в субботу, когда Лариса сидела дома одна — Дмитрий уехал к другу помочь с ремонтом — раздался звонок в дверь.
На пороге стояла Ольга Петровна с сумками в руках и привычной улыбкой на лице.
— Ларочка! Как хорошо, что ты дома! Я соскучилась! Решила заехать без предупреждения, сюрпризом.
Лариса стояла в дверном проёме, не приглашая войти.
— Димы нет дома.
— Ничего, я к тебе приехала! — свекровь протиснулась в квартиру, прошла на кухню, начала доставать из сумок продукты. — Давай вместе обед приготовим, поговорим по душам. Ты так много работаешь, наверное, устала. Я тебе помогу.
Лариса закрыла глаза, собираясь с силами. Она понимала, что разговор неизбежен. Что дальше откладывать нельзя.
— Ольга Петровна, нам нужно поговорить.
— Конечно, дорогая! Давай на кухне, за чаем.
— Нет. Здесь. И стоя.
Свекровь обернулась, и улыбка на её лице слегка померкла.
— Случилось что-то?
— Да. Случилось. — Лариса посмотрела ей прямо в глаза. — Вы изменили своё отношение ко мне только после того, как меня повысили. До этого вы три года делали вид, что меня не существует. Вы говорили обо мне в третьем лице, сомневались в нашем браке, унижали меня при каждой возможности. А теперь я вдруг стала «любимой невесткой». Почему?
Ольга Петровна побледнела.
— Я… Лариса, ты преувеличиваешь. Просто я плохо тебя знала, а теперь узнала лучше.
— Вы узнали про мою зарплату, — жёстко сказала Лариса. — И решили, что я теперь могу быть полезна. Все эти визиты, все эти комплименты, вся эта приторная забота — это спектакль. Вы хотите денег. И вы используете Диму, чтобы их получить.
— Как ты смеешь! — голос свекрови сорвался на крик. — Я его мать! Я имею право на его помощь!
— Имеете, — согласилась Лариса. — Но не на мою. И не на то, чтобы манипулировать нами обоими. Вы приезжаете без предупреждения, навязываете своё общество, постоянно намекаете на финансовые трудности. Вы превратили наши отношения в торговлю. И мне это отвратительно.
Ольга Петровна схватилась за спинку стула. Её лицо исказилось от ярости и обиды.
— Ты… ты неблагодарная! Я пыталась наладить с тобой отношения, а ты…
— Вы пытались наладить отношения с моим банковским счётом, — перебила Лариса. — Со мной как с человеком вы отношения налаживать не собирались. И знаете что? Я больше не хочу в этом участвовать. Я устала притворяться, что не вижу вашей игры. Устала терпеть ваше фальшивое внимание. Устала быть вашим банкоматом.
— Я всё расскажу Диме! — свекровь схватила сумки. — Он узнает, как ты со мной разговариваешь!
— Рассказывайте, — спокойно сказала Лариса. — Я и сама ему всё расскажу. А пока прошу вас уйти. И больше не приходить без приглашения.
Ольга Петровна метнула на неё полный ненависти взгляд, развернулась и вылетела из квартиры, хлопнув дверью так, что задрожали стены.
Лариса опустилась на диван. Руки тряслись, сердце колотилось. Но внутри было странное спокойствие. Она наконец-то сказала всё, что накопилось. Она защитила себя.
Когда Дмитрий вернулся вечером, его лицо было мрачным. Мать, очевидно, уже позвонила ему.
— Лара, что произошло?
Она рассказала. Всё. Спокойно, без крика и истерики. Рассказала про три года унижений, про внезапную перемену после повышения, про постоянные просьбы о деньгах, про фальшивое внимание, которое невозможно было больше терпеть.
