Истории из жизни
MAX ·
Первого сентября она стояла в толпе родителей—самая старшая, в синем плаще и белом платке. Никита, с букетом астр в руках, всё оглядывался и махал ей. Она махала в ответ, и почему-то у неё в горле вставал ком.
На первом родительском собрании учитель уточнил:
«Вы его бабушка?»
«Мама», — сказала Светлана Степановна. — «Я ему мама.»
Учитель запнулся, но ничего не сказал.
В десять лет Никита пришёл из школы и спросил:
«Мама, почему у всех есть дети и родители, а у меня только ты? Где мой папа? Где женщина, которая меня родила?»
Светлана Степановна ожидала этот вопрос. Она посадила его рядом с собой на диван и рассказала правду, но без лишних подробностей.
«Женщина, которая тебя родила, — моя дочь. Её зовут Ирина. Когда тебе было три недели, она принесла тебя ко мне и сказала, что уйдёт ненадолго. И больше не вернулась. Я не знаю, где она и почему всё так вышло. Но я тебя вырастила и люблю. Ты мне внук и сын.»
Никита долго молчал, потом спросил:
«Она плохая?»
«Я не знаю», — честно сказала Светлана Степановна. — «Так бывает. Иногда люди не справляются. Это не значит, что они плохие. Это значит, им было трудно. Но я справилась. Потому что у меня есть ты.»
Никита прижался к ней плечом и больше не спрашивал.
Шли годы. В двенадцать лет он записался в школьную секцию лёгкой атлетики—резко вытянулся, стал худым и жилистым. Тренер его хвалил.
В пятнадцать лет его заинтересовали компьютеры. Он сидел ночами, писал код. Светлана Степановна не понимала ни слова, но видела, как у него загораются глаза.
«Мама, я написал программу, которая сортирует файлы по папкам! Представляешь? Она работает!»
«Всё, что ты делаешь, работает», — кивнула она.
Однажды он показал ей простую игру, где космический корабль уклоняется от астероидов.
В шестнадцать лет он уже зарабатывал—помогал знакомым с компьютерами, настраивал, ремонтировал. Деньги приносил домой.
Светлана Степановна больше не мыла полы в магазине—спина уже не выдерживала—но продолжала вязать.
Ира так и не появилась. Ни разу. Ни звонка, ни письма, ни весточки. Иногда Светлана Степановна ловила себя на мысли, что если бы сейчас дочка позвонила в дверь, наверное, она бы не удивилась. Но и не обрадовалась бы. Просто не знала бы, что сказать. Прошло слишком много лет. Жизнь стала слишком другой.
Никита окончил школу с хорошими оценками и поступил на бюджет в технический университет, на факультет информационных технологий. Когда пришло уведомление о зачислении, он ворвался в квартиру, размахивая распечаткой:
«Мама, я поступил! Сам!»
«Я знала, что у тебя получится», — сказала она.
Она его обняла и почувствовала, как он дрожит от счастья.
Первый курс он жил в общежитии, но каждый выходной возвращался домой. Она ждала его с пирогами и свежим бельём.
На третьем курсе он устроился работать в небольшую IT-компанию. Зарплата была скромной, но каждый месяц он отправлял часть денег Светлане Степановне. Она откладывала их на сберегательный счёт—«на чёрный день», хотя на самом деле это было для него, для его будущего.
После университета его пригласили работать в большую компанию с хорошей зарплатой. Он показал ей контракт, и она не поверила цифрам, пока он не прочитал их вслух.
«Мама, теперь я могу тебя содержать. Ты больше не будешь вязать на заказ.»
Он познакомился с девушкой по имени Катя—тихая и серьёзная. Через два года они поженились. Свадьба была скромной, в кафе на окраине, только близкие люди.
Ведущий попросил тост у матери жениха. Она поднялась, взяла микрофон и сказала:
«Никита, я тебя вырастила. Ты—лучшее, что со мной случалось. Будь счастлив.»
Потом она села. И все замолчали, потому что добавить было нечего.
После свадьбы Никита и Катя сняли квартиру, но каждое воскресенье они приходили к ней в гости. Светлана Степановна пекла блины, и Никита уплетал их, макая в сметану. Катя смеялась и просила еще. Светлана Степановна смотрела на них и думала, как странно сложилась её жизнь.
Она ждала дочь, а вырастила внука. Она ожидала одиночества, а нашла семью.
