Истории из жизни
MAX ·
К тому времени пасека Ломакиных стала одной из крупнейших в крае, а их мёд считался лучшим. Однажды ночью неизвестные подожгли ульи, а Женю, который вышел с вилами, убили. Удалось спасти лишь часть ульев.
После смерти мужа Таня взяла на себя заботу о пчёлах, о сыне и свекрови. Женя научил её многому, и она относилась к пчелам как к живым существам, которых нужно беречь. Если пчёлка попадала в дом, Таня аккуратно отводила её на цветок.
Теперь, кроме Фёдора и матери Жени, Ирины Геннадиевны, Таня чувствовала ответственность за каждую выжившую пчелу.
Свекровь и невестка стали близки, как родные. Вместе растили Фёдора, поддерживали друг друга. Сейчас Татьяна Александровна Ломакина — уважаемый бизнесмен. Она владеет крупной пасекой и занимается пчелолечением.
В экологически чистом месте, среди реки и леса, стоит «Пчелиный рай» — комплекс отдыха, созданный Татьяной. На берегу реки стоят деревянные домики, где предлагается уникальная процедура — сон на ульях.
Иван Павлович, внимательно слушавший историю Татьяны, не удержал улыбки. Женщина сразу же нахмурилась:
— Это ещё что за смех? Вы, наверное, не знаете, что метод сна на ульях древний, ему тысячи лет. Пчёлы — не только труженицы, они ещё и целители. Их биоэнергетика воздействует на организм особым образом… Ну ладно, не буду объяснять — всё равно не поймёте, — недовольно скривилась Татьяна.
— Нет, что вы! — поспешил оправдаться мужчина. — Я вовсе не смеялся. Я восхищён вами. Вы прошли через столько трудностей, и при этом остались сильной личностью.
— Правда? — женщина слегка смягчилась и даже улыбнулась. — Тогда я сейчас накрою на стол — угостить вас своим мёдом и вареньем из сосновых шишек. Такого вы нигде больше не попробуете. Заваривайте чай, а я сбегаю, — с этими словами она ушла в коридор.
А Иван, разливая воду в чайник, вдруг осознал, что давно не испытывал такого лёгкого, почти юношеского чувства восхищения. Его жена Светлана была единственной женщиной, которую он по-настоящему любил. После её ухода последние два года он целиком посвятил воспитанию дочери, забыв о себе и о личной жизни. А сейчас вдруг понял, что ему приятно быть рядом с этой женщиной, хочется смотреть на неё, улыбаться, чувствовать себя живым. В Татьяне он увидел столько силы, света и жизненной энергии, что не мог не восхищаться.
— Вот и я, — радостно вбежала Татьяна. — Принесла ещё орешки со сгущёнкой — Федя их обожает. Не могла же я прийти с пустыми руками, раз уж вы меня борщом угощали. Пусть будет взамен, — засмеялась она и уселась за стол. — А теперь расскажите мне о себе. Я ведь почти ничего о вас не знаю.
— Да что рассказывать? — пожал плечами Романов. — У меня обычная жизнь: родился, женился, дочь родилась.
— Нет-нет, подробнее! — возразила Татьяна. — Вы всё обо мне знаете, а я о вас — почти ничего.
— Я ни от кого не скрываюсь. Просто не привык много о себе говорить. А уж перед вами и вовсе не хочется скрывать ничего, — тихо добавил он, и Татьяна Александровна почувствовала, как заливается румянцем.
Иван родился зимой 1975 года. Точную дату он так и не узнал — в документах указали примерно. Его рождение стало целым событием для города. Малыша нашли в подъезде дома в корзинке — собака наткнулась на неё во время прогулки.
Старушка Галина Максимовна Романова, которой было на тот момент семьдесят лет, выходила со своей немецкой овчаркой Альбертом, как вдруг пес начал лаять. Женщина обернулась и увидела корзину на ступенях. В ней лежал новорождённый мальчик, завёрнутый в старое шерстяное одеяло.
Галина Максимовна, работавшая педиатром до пенсии, быстро осмотрела ребёнка, согрела, накормила и вызвала скорую. Этот случай даже попал в местную газету. Поскольку в корзине не оказалось записки, женщине разрешили самой выбрать имя и фамилию для найдёныша.
— Пусть будет Иван Павлович. Так звали мою первую любовь, — улыбнулась она.
— А фамилия? — спросила регистратор.
— Романов, — ответила женщина.
— Но это же ваша фамилия! — удивилась та.
