Публикация от 3 июля 2026

— Представь, — продолжала Алика, — показываешь мужу запись, где его драгоценная мамочка называет тебя дворняжкой. Что он скажет тогда? — Но он же узнает про камеру! — Ну и что? Скажешь, что была вынуждена, потому что по-другому до него было не достучаться. — Где такие вообще продают? — В интернете полно. Или в специальных магазинах. Могу поискать, если решишься. София задумалась и посмотрела в окно на прохожих. — Соня, ты меня слышишь? — Слышу. Просто… это так отвратительно звучит. — Знаешь, что отвратительно? Когда взрослая тётка каждый день поливает грязью молодую женщину. А потом строит из себя святую! Потомок Романовых! Придумала же такую ерунду! София кивнула. Алика была права, но внутри всё равно было противно от этой идеи. — Подумай хорошенько, — сказала сестра, расплачиваясь за кофе. — А то она тебя в депрессию загонит своими штучками. По дороге домой девушка думала о предложении сестры. Записывать свекровь тайком… Это было против всех ее принципов. Но что ещё оставалось делать? Вадим не слушает, жить дальше так невозможно, а уйти… Дома Полина Владимировна снова была паинькой: — Вадик, мы завтра с Людмилой Степановной на выставку идем, а потом она к нам в гости заглянет. — Хорошо, мам. Развеешься и развлечешься. — А вы что будете делать? — Дома посидим. Мне документы разобрать надо. София слушала их милый разговор и вспоминала слова Алики. Может сестра права? Может пора перестать быть тряпкой? После беседы с матерью Вадим пришёл на кухню, где София в это время мыла посуду. — Соня, завтра к маме Людмила Степановна придёт. На весь вечер. — Ну и что? — девушка не поняла, зачем муж сообщает ей эту информацию. — Мама просила… ну, чтобы ты в комнате посидела. Не выходила, пока гостья не уйдёт. София застыла с тарелкой в руках: — То есть как… не выходила? — Ну, им поговорить надо, пообщаться наедине… — То есть ты мне предлагаешь сидеть взаперти весь вечер? Ты в своем уме? — супруга медленно поставила тарелку в сушилку. — Да не взаперти! Просто в комнате. Всего один вечер. София повернулась к мужу. Он говорил это так легко, как будто просил вынести мусор. — Вадим, ты понимаешь, что говоришь? — Что я такого говорю? Мама попросила, я передал. — Ты просишь меня прятаться от гостей! — Не прятаться, а просто… — Сидеть в комнате, как наказанный ребенок! Вадим недовольно поморщился: — Соня, не драматизируй! Людмила Степановна — мамина старая подруга. Им есть о чём поговорить без посторонних. — То есть я посторонняя в этом доме? Ну, спасибо! — голос Софии дрожал. — Ты не так поняла… — Я все правильно поняла! Твоя мама считает меня посторонней, недостойной, а ты с этим соглашаешься! — Господи, — Вадим устало потёр лоб. — Ну что за проблемы на ровном месте? Один вечер посидишь в комнате и всё. Так сложно? София смотрела на мужа и понимала, что в эти минуты он не вызывает у нее ничего, кроме отвращения. — А если я не согласна? — Соня, не усложняй! Я устал бодаться на пустом месте! Причем по пустякам! Ты начинаешь меня напрягать! Женщина поняла, что муж действительно не видит в этом ничего унизительного. Для него это обычная просьба мамы, которую нужно выполнить. — А если твоя мама попросит меня не ужинать с вами? Тоже выполним? — Хватит придумывать глупости! — Это не глупости! Сегодня я должна сидеть в комнате, а завтра что? — Завтра ничего! Один раз попросили — один раз и сделаешь! — Вадим, ты не понимаешь? Это унижение! — Какое унижение? — злобно прошипел молодой человек. — Это элементарное уважение к старшим! К хозяйке дома! — А ко мне уважение когда-нибудь будет? — Соня, я же говорил! Больше не хочу слушать твои жалобы на маму! Надоело уже! Супруга отчаянно улыбнулась: — Понятно. — Что тебе понятно? — Всё понятно. Завтра придет подруга твоей мамы. Я буду сидеть в комнате. — Вот и отлично, — кивнул Вадим. — Спасибо за понимание! Муж ушёл в гостиную, а София осталась на кухне одна. Руки дрожали. Хотелось кричать, плакать, но больше всего хотелось просто исчезнуть.