Митя поставил тарелку и смотрел на неё. Зажмурился на секунду.
Держись, Рогов.
Осенью Серёжа записался в секцию борьбы. Дашка пошла на танцы. Оля вступила в театральный кружок при школе — неожиданно для всех, в том числе для себя.
Зинаида Павловна снова встретила Митю в лифте.
— Слышала, Олечка ваша в театре играет? — сказала она. — Вот не ожидала. Вроде тихая девочка была.
— Она не тихая, — сказал Митя. — Она сдержанная. Это разное.
Зинаида Павловна хотела что-то добавить, но лифт открылся на её этаже, и она вышла, не успев.
Прошёл год. Потом ещё один.
Митя не сопился. Мачеху не привёл. Справился — не потому что было легко, а потому что другого варианта не было.
Катина мама приезжала раз в месяц. Смотрела на зятя и иногда говорила:
— Катя бы гордилась.
Митя молчал. Не потому что не было слов. Просто некоторые вещи лучше держать внутри.
В прошлое воскресенье они снова все вместе делали пироги. Серёжа теперь умеет раскатывать тесто — ровно, без пузырей. Оля освоила маму-тин рецепт пирога с яблоками. Дашка всё ещё вся в муке — но теперь нарочно, потому что так смешнее.
Митя смотрел на них и думал: вот оно.
Не «справились». Просто живут.
