Истории из жизни
MAX ·
— Мама, как тебе не стыдно! Картошку пожалела!
— Не картошку, Лена. Себя пожалела. И тебя, глупую, пожалела, что ты с таким жмотом живешь и считаешь это нормой. Выгружай, я сказала.
Это была самая быстрая разгрузка в истории дачного кооператива «Рассвет». Вадим, пунцовый от ярости, швырял банки на траву. Картошка рассыпалась, он чертыхнулся, пнул мешок.
— Больше ноги моей здесь не будет! — орал он. — Ноги моей!
— И это самый лучший подарок ко дню рождения, Вадик, — кивнула Галина Петровна.
Через десять минут машина, взвизгнув шинами, рванула с места, оставив облако пыли. Багажник был пуст.
Галина Петровна осталась стоять у ворот. Вокруг нее, как солдаты разгромленной армии, стояли банки с огурцами и пакеты с кабачками.
Спина болела. Руки ныли. Но внутри было такое звенящее, хрустальное чувство свободы, какого она не испытывала даже после развода двадцать лет назад.
— Петровна! — окликнули от забора.
Соседка Людмила, висевшая на штакетнике последние полчаса, показала большой палец.
— Ну ты даешь! Артистка! А банки-то куда теперь? Пропадут же.
Галина посмотрела на свои богатства.
— Не пропадут, Люда. Зимой съедим. А что не съедим — продадим. У меня теперь, знаешь ли, коммерческая жилка открылась.
Она взяла одну банку с огурцами, подкинула её в руке, как гранату, и пошла в дом.
Впереди была осень. Тихая, спокойная осень. Только для себя.
И, может быть, для дяди Васи, который, говорят, закодировался и теперь ищет подработку.
А платить ему Галина теперь будет. Принципиально. Труд должен быть оплачен.
Милые, здесь мы не ноем, а точим шпильки и учимся любить себя в любом возрасте.
