Публикация от 21 июня 2026

снять с петель. С трудом замок поддался, и Михаил зашел в дом, освещая себе путь фонариком. Нащупал выключатель, и в горнице вспыхнул свет. Все было точно так, как в тот день, когда он уехал. Только сыро, пыльно и пусто было здесь без его родной матушки. Первым делом он принес из сенцов дров. Там всегда был запас сухих дровишек. Растопил русскую печь. Дрова вспыхнули, как будто долгие годы ждали этого момента. Огоньки заплясали по темным углам избы. Приятное тепло разбегалось по горнице. Михаил нашел ведра и набрал воды в колонке, которая, несмотря на заброшенность деревни, еще работала. Налил воды в чайник и в чугунок, поставил в печку. Вскоре вода закипела, и Михаил налил ее в таз, взял тряпку и начал вытирать пыль. К труду он был приучен с детства, всегда помогал матери и не гнушался никакой, даже женской работы. Минут через сорок в горнице запахло чистотой, стало тепло. Михаил выложил на стол купленные продукты. Нарезал колбасу, сыр, хлеб, открыл тушенку, пожарил яичницу. Часы, которые он завел, пробили одиннадцать часов. -Ну, вот, скоро и Новый год. Буду новую жизнь начинать. Как, пока не знаю. Но утро вечера мудренее, как говорила моя матушка. Завтра буду думать. А сейчас надо и старый год проводить. Михаил достал купленное спиртное, но не успел выпить, как в окно резко и громко застучали. Он от неожиданности даже вздрогнул. -Значит, кто-то в деревне еще живет, не все уехали,-и Михаил пошел открывать дверь. В комнату зашла женщина. Отряхнув снег с шали, накинутой на плечи, она посмотрела на Михаила. Он увидел испуганные, заплаканные глаза. -Я не знаю, как вас зовут, сама здесь только три месяца живу. У меня беда, сынишка заболел. Фельдшера здесь нет, осталось с десяток домов. Но боюсь, что аппендицит. Похоже, у меня так же болело. Я как увидела огонек, сразу сюда, сыну все хуже становится. Михаил уже схватился за куртку и на ходу натягивал шапку. -Чего же мы ждем?! Поехали. Только надо захватить лопату, боюсь что перемело дорогу. Я еле доехал. Ветер утих. Михаил подхватил на руки плачущего, мечущегося в жару мальчонку, и они тронулись в путь. На их счастье они без труда добрались до трассы. Здесь дорога немного была наезжена, но все равно пару раз до райцентра приходилось расчищать дорогу. Приехали через полтора часа, вызвали хирурга. Женщина оказалась права, и мальчика увезли в операционную. На часах было два часа ночи. -Ну, вот и Новый год наступил… -Простите, что испортила вам праздник. -Да перестаньте, главное чтобы все прошло хорошо. Они сидели в коридоре, у женщины по щекам текли слезы, она смотрела на двери операционной, не сводила глаз. Минуты тянулись, напряжение росло. Во, наконец, вышел доктор: -Хорошо, что успели. Еще немного… А сейчас поезжайте домой. -Нет, лучше мы здесь до утра побудем, добираться далеко. -Как хотите. С Новым годом вас. Скоро его переведут в палату, сможете увидеть своего сына. Всю ночь они просидели у палаты, потом Римму, так звали мать мальчика, пустили в палату. Ромка пришел в себя. Римма осталась с сыном, а Михаил уехал в деревню. Истопил печь, поел и уснул. После обеда решил проведать новых знакомых. Ромка уже улыбался, только обидно ему было, что Новый год не встретил и не смог Деда Мороза подкараулить. -Он каждый год приходит, под елку подарок мне прячет. А вот в этот раз наверное, не смог прийти. Я ведь понимаю, что он через дверь заходит, а не как в сказках через трубу. Я уже не маленький, понимаю. -Зря ты так волнуешься. Я мимо вашего дома проезжал и видел на снегу большие следы. Ночью снег был, значит следы не наши. Значит он приходил к тебе. -А дом-то закрыт… Постоял и ушел… Вот и остался Ромка без пожарной машины. -Ты не расстраивайся раньше времени. Вот мне Дед Мороз подарок всегда прятал. То на крыльце оставит, то в сенцах на лавку положит. Не хотел, чтобы его видели. Может и твой где-то припрятан. Вот выпишешься и поищешь. -Неплохо было бы… Я весь год хорошо себя вел. Правда, мама? Римма молча кивнула головой.