Публикация от 9 июня 2026

Марк поднял голову от карты. — Завтра, если время будет. Оно не близко. — Я очень хочу увидеть. Лев почувствовал знакомое раздражение, горький привкус на языке. Обещал. Озеро. Их озеро, куда они когда-то ходили с Марком в их первую, еще юношескую, экспедицию. Место, о котором они договаривались никому не показывать. Глухое, таинственное, их собственный маленький миф. Он встал и вышел на крыльцо. Холодный воздух обжег легкие. Небо, черное и бездонное, было усыпано ледяными бриллиантами звезд. От леса веяло могильным покоем и вековой мудростью. Лев глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь в руках. За спиной послышались шаги. — Не выносишь ее, да? — тихо спросил Вадим, прислонившись к косяку. Он закурил, и кончик сигареты на мгновение осветил его серьезное, с грубыми чертами лицо. — Это же очевидно. — Он наш друг. У него свои пути. Мы не судьи, Лев. — Не судьи, — повторил Лев. — А кто мы тогда? Декорация? Вадим ничего не ответил, только тяжело вздохнул. Их молчание было красноречивее любых слов. Ночь прошла беспокойно. Лев ворочался на жестких нарах, прислушиваясь к скрипу половиц, к храпу Вадима, к шорохам за стеной, где спали Марк и Валерия. Ему снились обрывки снов: смех Алены, каким он помнил его пятнадцать лет назад; глаза Марка, ясные и прямые; и темная вода озера, холодная, несущая забвение. Утро пришло хмурое, в серых облаках. Позавтракав почти молча, они стали собираться. Марк решил идти к дальнему кедрачу — туда, где в прошлом году видели следы крупного зверя. Вадим предпочел остаться недалеко от избушки, проверить старые капканы. Лев, не глядя ни на кого, объявил, что пойдет вдоль реки. — А я? — спросила Валерия, уже одетая в новую, ярко-синюю куртку. — Иди со мной, — сказал Марк. — Покажу ту тропу, о которой говорил. Но до озера сегодня, пожалуй, не дойдем. Они разошлись в разные стороны, как лучи от потухшей звезды. Лев шел вдоль реки, но его ноги несли его не туда, куда он планировал. Какая-то неведомая сила, тревожный зов в крови, повернула его следом за Марком. Он двигался бесшумно, как тень, используя каждое дерево, каждый валежин как укрытие. Он не мог объяснить самому себе, зачем это делает. Может, хотел убедиться, что Марк все же не поведет ее на озеро. Может, просто хотел быть ближе к другу, даже таким, украдкой, стыдным способом. Он видел их впереди. Марк шел уверенно, его широкая спина в камуфляжной куртке казалась неотъемлемой частью леса. Валерия семенила следом, иногда поскальзываясь на мху. Они разговаривали, но слов Лев не различал, только обрывки смеха, унесенные ветром. И потом случилось это. Они вышли на небольшую прогалину. Марк остановился, что-то показывая рукой. Валерия стояла рядом. И вдруг Лев увидел, как она взяла ружье, которое нес Марк. Взяла неловко, будто игрушку. Марк, казалось, что-то сказал, сделал шаг к ней. И раздался выстрел. Грохот, чудовищно громкий в лесной тишине, ударил Льва по ушам, отозвался эхом в висках. Он замер, не веря своим глазам. Марк не упал сразу. Он качнулся, медленно, как огромное дерево, подрубленное у корня, и осел на колени, а потом — на влажную, покрытую пожухлой листвой землю. Валерия стояла неподвижно, с широко открытыми глазами, все еще сжимая в руках ружье. Лев не помнил, как выбежал из-за деревьев. Он помнил только лицо друга — бледное, с выражением бесконечного удивления. Помнил, как падал на колени рядом, как трясущимися руками искал пульс на шее, как кричал что-то Валерии, а она лишь беззвучно шевелила губами, роняя ружье. Потом был бег назад, к избушке, вопль, позвавший Вадима. Потом — долгие, мучительные часы ожидания, пока глухой лес не наполнился чужими голосами и чужими лицами. Приехали люди в форме. Среди них был молодой, очень юный на вид следователь — Константин Шилов. Он суетился, задавал сбивчивые вопросы, его тонкий голосок терялся в лесном просторе. Он первым заговорил о несчастном случае. А может, и не о случае… Он смотрел на Льва странным, оценивающим взглядом.