Публикация от 8 июня 2026

— Лена! — Максим растянул губы в широкой, фальшивой улыбке. Он остановился в двух метрах от нас, специально выставляя вперед Милану. — Какая неожиданность! Я, признаться, думал, что ты не придешь. Решил, что тебе будет… тяжело. Но ты молодец, что нашла в себе силы. Милана смотрела на меня с плохо скрываемым любопытством и легкой жалостью. — Здравствуйте, — пропела она тонким голоском. — Максим так много о вас рассказывал. Говорил, вы были для него как старшая сестра. Старшая сестра. Я чуть не рассмеялась в голос, но лишь вежливо кивнула. — Добрый вечер, Милана. Поздравляю вас. Выглядите… масштабно. Максим не заметил иронии. Он был слишком занят собой. — Ну, как ты тут? — спросил он тоном, которым обычно интересуются здоровьем безнадежно больного. — Как на личном фронте? Все еще в поисках? Знакомься с моим коллегами, тут много свободных менеджеров… До этого момента Виктор стоял чуть в тени, рассматривая ледяного лебедя. Но теперь он сделал шаг вперед, становясь рядом со мной, и собственнически, но мягко положил руку мне на талию. — Боюсь, в сводничестве нет нужды, Максим, — спокойно произнес Виктор. Максим перевел взгляд на моего спутника. Улыбка все еще держалась на его лице, но глаза уже начали бегать. Мозг Максима, привыкший анализировать корпоративную иерархию, судорожно пытался распознать лицо человека, стоящего перед ним. — Простите, мы не знакомы, — с легким напряжением в голосе сказал Максим. — Вы… коллега Лены? — Можно сказать и так, — улыбнулся Виктор. — Соболев Виктор Николаевич. Время вокруг нас словно замедлилось. Я физически ощущала, как до Максима доходит смысл сказанного. Имя «Виктор Соболев» в его индустрии было эквивалентом имени Зевса на Олимпе. Это был человек, портреты которого печатали в Forbes, человек, который мог росчерком пера стереть с лица земли десяток таких компаний, как та, в которой работал Максим. Спина моего бывшего жениха мгновенно потеряла былую осанку. Плечи поникли, а самодовольная улыбка сползла с лица, оставив после себя маску чистого, неподдельного ужаса. Он побледнел так резко, что стал сливаться с платьем своей невесты. — В-виктор Николаевич? — его голос дал петуха. Он попытался переложить бокал в другую руку, чтобы поздороваться, но чуть не выронил его. — Господи, какая честь… Я… Максим Астахов. Директор департамента развития в «Глобал Интеграции»… Я не знал, что вы вхожи в эти круги… — Жизнь полна сюрпризов, Астахов, — тон Виктора стал по-деловому прохладным. — Тем более, что с понедельника ваша компания официально переходит под управление моего холдинга. Милана, совершенно не понимая, что происходит и почему ее новоиспеченный муж вдруг начал заикаться и потеть, недовольно дернула его за рукав: — Масик, кто это? Пойдем, там торт вывозят! — Помолчи, Мила! — шикнул на нее Максим, не сводя испуганных глаз с Виктора. — Простите, Виктор Николаевич… Мы все в компании очень ждем слияния. Мы готовы показать максимальную эффективность… — Эффективность — это прекрасно, — кивнул Виктор. — Нам потребуются сильные кадры. Правда, в связи с реструктуризацией, многие должности будут сокращены. Совет директоров принял решение провести жесткий кадровый аудит топ-менеджмента. Максим сглотнул. Капелька пота медленно поползла по его виску. — Конечно. Понимаю. А… кто будет проводить аудит? Надеюсь, мы сможем доказать свою полезность. Виктор выдержал идеальную театральную паузу. Он посмотрел на меня, его глаза потеплели, а затем он снова перевел взгляд на Максима. — Аудиторскую комиссию возглавит мой лучший и самый безжалостный кризис-менеджер, — Виктор нежно погладил меня по спине. — Елена Андреевна. У нее полный карт-бланш на любые кадровые перестановки. Все отчеты о вашей эффективности, Максим, лягут на ее стол. И именно ее подпись будет стоять под приказом о вашем увольнении или сохранении должности. Я никогда в жизни не видела ничего более жалкого и одновременно более удовлетворяющего, чем лицо Максима в ту секунду.