Истории из жизни
MAX ·
"Потому что ты ответственный работник. Вот именно поэтому на тебя можно положиться. А тут ты хочешь в самый ответственный момент уйти."
Я вышла из кабинета и села за свой стол. Уставилась в монитор. Квартальный отчет. Да, много работы. Но ведь справятся как-нибудь без меня три дня? Или нет?
Вечером поехала к маме. Она болеет, у нее диабет и больные ноги. Я помогаю ей — раз в неделю приезжаю, покупаю продукты, готовлю на несколько дней вперед, убираюсь.
"Мам, я тут хотела на три дня уехать", — сказала я, перемывая посуду.
Мама сидела на диване, смотрела сериал.
"Куда уехать?" — не поворачивая головы, спросила она.
"В санаторий. Отдохнуть".
Она выключила звук пультом, повернулась ко мне:
"В санаторий? А я что, здоровая? Мне помощь нужна. А ты на курорте прохлаждаться собралась?"
"Мам, всего три дня".
"Три дня! А если мне плохо станет? Кто поможет? Соседка? Она сама еле ходит!"
"Можно Димку попросить заехать".
"Димка! — мама фыркнула. — У Димки своя семья, ребенок. Ему не до меня. А ты — дочь. Твой долг о матери заботиться. А не по курортам кататься!"
Я закрыла кран, вытерла руки.
"Ладно, мам. Не буду я никуда ехать".
Дома я легла на кровать и заплакала. Тихо, в подушку, чтобы никто не услышал. Плакала от обиды, от бессилия, от отчаяния.
Все против. Муж, сын, невестка, мама, начальница. Все считают меня эгоисткой. За то, что хочу три дня отдохнуть.
Три дня.
И вдруг я поняла, почему так устала. Я устала, потому что нахожусь в рабстве. Я не понимала этого, пока не попыталась сделать шаг в сторону. Шаг вправо или влево.
Оказалось — нельзя. Совсем нельзя.
Я нужна всем. Мужу — чтобы готовить, стирать, убирать. Сыну с невесткой — чтобы забирать внука, водить на кружки. Маме — чтобы ухаживать. Работе — чтобы делать отчеты.
А сама я себе не нужна. Совсем.
Я встала с кровати. Вытерла слезы. Села за компьютер и купила путевку. Не на три дня. На две недели. В хороший санаторий на юге. На море.
Деньги взяла те, что Сергей откладывал на новый телевизор. Он хотел купить огромный, с изогнутым экраном. Копил полгода.
Что ж, поживет со старым.
Утром я объявила:
"Я еду в отпуск. На две недели. Через неделю".
Сергей опешил:
"Куда ты едешь?"
"В санаторий. Одна. Мне нужен отдых".
"Ты с ума сошла! А как же мы?"
"Вы как-нибудь справитесь. Взрослые люди".
"Оля! — он повысил голос. — Ты не можешь так поступить! Это ненормально!"
"Могу. И поступлю".
Сын позвонил через час:
"Мам, папа сказал, ты уезжаешь. Это правда?"
"Правда".
"А как же Алёшка?"
"Дима, ты его отец. Сам забирай из садика".
"Но у нас работа!"
"У меня тоже работа. Я беру отпуск, а ты бери отгулы или договаривайся с женой. Вы родители, вот и занимайтесь ребенком".
Он что-то еще говорил, но я положила трубку.
На работе написала заявление на отпуск. Марина Викторовна вызвала меня:
"Оля, ты понимаешь, что подводишь коллектив? Как я тебя отпущу?"
"Понимаю. Но я имею право на отпуск. Я его не брала десять месяцев".
"Мы тебя правильно оценим. Учтем при следующем повышении".
"Как хотите", — сказала я и вышла.
Маме позвонила:
"Мам, я уезжаю на две недели. Продукты тебе закажу с доставкой. Если что — звони в скорую или соседке. Димке можешь позвонить".
"Ты что, с ума сошла?!" — закричала мама.
Я отключила телефон.
Две недели в санатории были как сон. Я спала, сколько хотела. Гуляла по набережной. Читала книги. Ходила на процедуры. Разговаривала с другими отдыхающими.
Никто меня ни о чем не просил. Никто не требовал. Никто не упрекал.
Я была свободна.
Телефон я включала раз в день — проверить, не случилось ли чего экстренного. Сергей писал гневные сообщения первые три дня. Потом затих. Дима звонил пару раз — я отвечала коротко: "Все хорошо, отдыхаю".
Мама один раз написала: "Ты бессердечная дочь". Я не ответила.
Вернулась через две недели другим человеком. Отдохнувшая, спокойная. Со свежими силами.
Дома меня встретили холодно. Сергей демонстративно молчал. Дима сказал сухо: "Ты эгоистка, мам".
