Истории из жизни
MAX ·
— А на маникюр тебе тоже няня скинулась?
Ульяна раздражённо скинула светлые кроссовки прямо посреди коврика. Затолкала объёмную кожаную сумку на этажерку. Рожок для обуви с грохотом упал на ламинат.
— Мам, я больше не могу. У меня предел.
Клавдия молча перебирала квитанции за коммуналку на кухонном столе. Сбоку лежал белый пухлый конверт. Ульяна сразу упёрлась в него взглядом.
— Что на этот раз стряслось?
— Пацаны ночью вообще спать не давали.
Ульяна прошла на кухню и опустилась на шаткий стул. Потёрла лицо руками. Ярко-красный свежий лак блестел под лампой.
— Младший кричал до утра. Зубы лезут. Старший тоже проснулся, начал игрушки требовать. Артём психанул, ушёл спать на кухню на раскладушку. Ему же на работу рано. А я просто как зомби хожу.
Клавдия аккуратно сложила бумажки в стопку. Придавила их пластиковой солонкой.
— Артём твой ипотеку тянет. На двух работах пашет. Немудрено, что ушёл. Ему высыпаться надо. На станке пальцы отрежет, если уснёт.
— А мне высыпаться не надо?
Ульяна обиженно вскинула подбородок.
— Я в декрете закисла совсем! У меня выгорание, мам. Психолог говорит, мне срочно нужен ресурс. Иначе я просто сорвусь. Меня на куски рвёт от этого дня сурка.
Клавдия прищурилась. Слово «ресурс» она слышала последние три месяца по два раза на дню. Ровно с того момента, как дочь впервые попросила денег на приходящую няню.
— Психолог твой, видать, хорошо зарабатывает на чужом ресурсе. И как там няня? Справляется?
— Ой, Зинаида Петровна просто золото.
Ульяна моментально оживилась. Пододвинулась ближе к столу. Поближе к конверту.
— Если бы не она, я бы точно в клинику неврозов уехала. Вчера вот забрала пацанов на полдня. Я хоть дома прибралась нормально.
— Прибралась, значит?
— Ну да. Полы помыла во всех комнатах. Бельё разобрала. Поспала пару часов. Ужин Артёму приготовила.
Клавдия отложила ручку в сторону.
— Дома тишина была, да?
— Абсолютная! Представляешь, как это круто? Хоть свои мысли услышала.
Клавдия смотрела на дочь в упор. Ульяна выглядела отлично. Никаких синяков под глазами. Лицо свежее, румяное. Парка новая, стильная. И этот красный лак.
— А ужин какой приготовила?
Ульяна запнулась. Нервно тронула воротник кофты.
— Мам, ну какая разница? Мясо запекла по-французски. Ты мне допрос устраиваешь? Я вообще-то за деньгами приехала. Зинаиде Петровне платить завтра с утра.
Она потянулась к конверту. Клавдия невозмутимо накрыла его сухой ладонью.
— Подожди.
— Мам, ну чего ты начинаешь опять?
Ульяна с досадой отдёрнула руку.
— Я спешу. У меня через час массаж спины. Спина отваливается детей таскать. Димка уже двенадцать килограммов весит. Я его не поднимаю почти.
Клавдия сдвинула конверт к себе на колени.
— Спина, говоришь, болит? А к неврологу ходила в поликлинику?
— Зачем к неврологу? Массажист зажимы снимает. Это психосоматика чистой воды. Нервы.
— Понятно. Дорогая нынче психосоматика.
Клавдия сложила руки перед собой на столе.
— Старшего в садик почему не водите? Дали же место ещё осенью. В нормальный сад, логопедический.
— Мам, ну мы же обсуждали это сто раз!
Ульяна закатила глаза.
— В муниципальном садике в группе тридцать человек! Там воспитатели за ними вообще не следят. Он там неделю ходит, потом две недели с зелёными соплями дома сидит. Я этот ад проходить не собираюсь. У меня иммунитет не железный.
— Значит, сидите дома.
— Мы не просто сидим. Зинаида Петровна с ними занимается. У неё методики. Монтессори, мелкая моторика, английский в игровой форме.
— И за эту моторику ты платишь ей тридцать пять тысяч в месяц?
— Сорок. Цены растут.
Ульяна ответила с нажимом. Словно это Клавдия была виновата в инфляции.
— Артём не против таких трат?
— Артём считает, что мне помогаешь ты.
Ульяна коротко дёрнула головой.
— Если он узнает про няню, будет грандиозный скандал. Он же у нас за тотальную экономию. Сказал, раз сидишь в декрете — сиди сама. Мужики вообще не понимают, каково это — быть с детьми двадцать четыре на семь! Для них это курорт!
— А ты не будь.
