Истории из жизни
MAX ·
Витя смотрел на экран телефона, и руки у него дрожали. Голос Лены звучал спокойно, даже слишком спокойно — как перед бурей.
— Твоя мать при всех устроила скандал из-за того, что мы ей подарили не то, что она хотела!
Он стоял в прихожей маминой квартиры, слыша за спиной гул голосов из комнаты, откуда только что ушла жена. Там сидели мамины подруги, родственники, все эти тётки, которые сейчас наверняка перемывали косточки Лене. А мама… мама требовала, чтобы он вернулся к столу и объяснил всем, что за подарок они приготовили. Но Витя не двигался с места. Потому что впервые за много лет понял: что-то окончательно сломалось.
А началось всё три недели назад.
— Вить, может, просто подарим ей какую-нибудь блузку? — Лена устало опустилась на диван, сбросив туфли. После работы она выглядела измотанной.
— Лен, ну это же мама… — Витя развёл руками. — День рождения. Надо что-то значимое.
— Значимое? — Лена усмехнулась. — Помнишь, в прошлом году мы ей подарили норковую. шапку? Она при всех сказала, что норка какая-то дешёвая, не того оттенка. А позапрошлом — золотую цепочку. Она её даже не надела ни разу, сказала, что такое плетение она не носит.
Витя поморщился. Он помнил. Помнил, как Лена неделями выбирала подарки, как светилась от предвкушения, как потом тихо плакала на кухне, думая, что он спит. Но это же мама. Она просто… требовательная.
— Я знаю, что подарить, — сказала Лена неожиданно твёрдо. — Телевизор. Большой. Она постоянно жалуется, что на её старом ничего не видно. Сериалы свои смотрит, щурится.
— Телевизор? — Витя оживился. — Отличная идея! Только это дорого будет…
— Я знаю. — Лена посмотрела на него внимательно. — У меня сейчас премия была. Я заплачу большую часть.
Он хотел возразить, но она его остановила:
— Вить, я зарабатываю больше. И это нормально. Пусть это будет от нас обоих.
Она всегда так говорила — «от нас обоих». Даже когда львиную долю вкладывала сама. Витя знал это и чувствовал себя неловко, но Лена никогда не попрекала. Наоборот, она радовалась тому, что он работает честно и может спокойно смотреть в будущее.
— Только давай сделаем так, — продолжила она. — Телевизор закажем с доставкой на следующий день после дня рождения. Он большой, в квартире места мало, гости будут. А за столом подарим что-то символическое. Конфеты, например. Красивую коробку. А потом скажем, что основной подарок привезут завтра.
Витя кивнул. Это было разумно.
Подготовка к дню рождения легла на Лену целиком. Витя предлагал помочь, но она отмахнулась:
— У тебя на работе аврал. Я справлюсь.
И справлялась. Списки продуктов, закупка, готовка. Мамина квартира превратилась в поле боя — Лена носилась между плитой и столом, нарезала, варила, жарила, украшала. Свекровь сидела в кресле и критиковала:
— Оливье так не делают. Колбасу надо кубиками, а не соломкой.
— Хорошо, Нина Петровна.
— И почему ты селёдку под шубой в одной посуде делаешь? Надо порционно, красиво.
— Переложу, Нина Петровна.
— А пирог ты вообще печь умеешь? Что-то он у тебя бледный какой-то.
Лена молчала и делала. Витя видел, как у неё дёргается веко — верный признак того, что она на пределе. Но она улыбалась, кивала, переделывала. Потому что любила его. Потому что это была его мама.
К вечеру стол ломился от еды. Квартира блестела чистотой. Лена успела даже цветы в вазу поставить — свежие, яркие хризантемы. Мама окинула всё критическим взглядом и буркнула:
— Ну, в общем, сойдёт.
Витя видел, как что-то дрогнуло в глазах у Лены. Но она только кивнула и пошла переодеваться.
Гости начали съезжаться к шести. Мамины подруги — шумные, крикливые тётки, которые сразу засели за стол и начали обсуждать чужих детей, соседей, цены в магазинах. Родственники — двоюродные сёстры мамы, её племянницы. Все они относились к Лене, как к чужому человеку, которого приходится терпеть.
