Истории из жизни
MAX ·
Нина Павловна посмотрела на неё. Потом на Сергея. Сергей занёс сумки и ушёл к Вите — тот уже разжигал мангал. День шёл своим чередом. Таня нарезала свои овощи, которые привезла — немного, но всё же. Витя жарил то, что было, посматривал на Маринины пакеты. В какой-то момент подошёл и спросил, не глядя:
— Ты мяса не одолжишь? Что было, я уже пожарил.
— Витя, это на нас с Сергеем, — сказала Марина спокойно. — Ты же знал заранее.
Он хмыкнул и отошёл. Обед получился немного разрозненным — каждый ел своё, это было не то привычное общее застолье, где много всего и никто ничего не считает.
Нина Павловна это чувствовала, Марина видела это по её лицу. Свекровь была тише обычного, суетилась у стола, что-то переставляла. А потом, когда все уже сидели с чаем, она всё-таки сказала.
***
Нина Павловна поставила чашку и произнесла — негромко, но так, чтобы слышали все:
— Раньше было по-другому. Приезжали — всё вместе, никто ничего не считал. А сейчас каждый со своим пакетом, как на пикник с чужими людьми.
За столом помолчали. Марина подняла голову.
— Нина Павловна, можно я скажу?
Свекровь посмотрела на неё.
— Я посчитала прошлый сезон. Мы потратили сорок две тысячи на дачные выезды. Это только мы с Сергеем. Не считая того, что привозили остальные — пакет пряников и бутылка лимонада за всё лето. Я не говорю, что это делалось специально. Просто так получалось. Но я больше не могу делать вид, что это нормально.
За столом было очень тихо. Таня сидела тихо. Витя крутил в руках ложку. Сергей побледнел.
— Никто тебя не заставлял, — сказала Нина Павловна. Голос у неё был обиженным, но в нём не было прежней уверенности.
— Верно, — согласилась Марина. — Никто не заставлял. Я делала это сама. И молчала. Но это несправедливо — ни по отношению ко мне, ни по отношению к вам, потому что вы просто не знали, как это выглядит с моей стороны. Я рада собираться вместе. Я готова участвовать. Но поровну.
Ещё одна пауза. Потом Таня подняла глаза и сказала негромко:
— Марин, ну мы не знали, что так выходит. Мы думали, вы сами хотите.
— Теперь знаете, — сказала Марина просто.
Сергей кашлянул и предложил ещё чаю. Разговор как-то сам собой переключился на другое — погоду, огород, Таниных детей. Но что-то в воздухе изменилось — не рассеялось, а улеглось.
***
На следующие выходные на дачу никто не приехал. Ни Таня, ни Витя. Нина Павловна позвонила Сергею и сказала, что «настроения нет». Он пересказал Марине с виноватым лицом.
— Я понимаю, — сказала она.
— Ты не жалеешь?
Она подумала.
— Нет.
Через две недели Витя приехал сам — без звонка, в субботу утром, с пакетом в руках. Достал из него мясо, положил на стол и сказал Марине, не глядя:
— Вот. Взял на всех.
Она кивнула.
— Спасибо, Витя.
Он пожал плечами и пошёл к мангалу. Больше ничего сказано не было — ни извинений, ни объяснений. Просто мясо на столе.
Потом приехала Таня. Привезла овощи и фрукты — много, с запасом. Поставила на стол. Нина Павловна с ней об этом всём так и не поговорила напрямую. Но однажды, когда Марина мыла посуду после ужина, свекровь встала рядом и молча начала вытирать тарелки. Постояли так вдвоём минут десять. Это не было примирением в словах. Но это было что-то. Вечером Сергей сидел рядом с Мариной на веранде, смотрел на тёмный сад и сказал:
— Я не думал, что так выйдет.
— Я тоже не думала, что придётся так говорить, — ответила она.
Он взял её за руку. Она не убрала.
За новый сезон они потратили на дачные выезды чуть меньше пятнадцати тысяч. Марина занесла цифру в таблицу, закрыла ноутбук и подумала, что всё сделала правильно.
