Публикация от 24 апреля 2026

Марина вела таблицу расходов — не из жадности, а по привычке. Так было спокойнее: видишь цифры, понимаешь, куда уходят деньги, можешь планировать. Сергей над этой таблицей посмеивался добродушно — «ну ты бухгалтер у нас» — и никогда в неё особо не заглядывал. В сентябре прошлого года Марина открыла таблицу и посчитала дачный сезон отдельно. Майские, июньские выходные, два выезда в июле, «последний шашлык» в августе. Мясо, овощи, уголь, розжиг, напитки, соусы, хлеб. Итого — сорок две тысячи рублей. За одно лето. Она смотрела на эту цифру долго. Потом закрыла ноутбук и пошла пить чай. Сергею в тот момент ничего не сказала — не хотела портить настроение. Решила: по весне поговорят. По весне и поговорили. *** Был апрель, до майских оставалось недели три, когда свекровь, Нина Павловна, позвонила и сообщила радостно: — Серёжа, на майские все едем на дачу. Я уже Тане сказала, Витя тоже будет. Готовьтесь. Сергей положил трубку с довольным видом человека, которому сообщили хорошую новость. — На майские на дачу, — сообщил он Марине. — Мама зовёт. — Я слышала, — сказала Марина. — Сергей, нам надо поговорить. Он посмотрел на неё — с тем выражением, которое появлялось, когда он уже понимал, что разговор будет неудобным. — Я посчитала прошлый сезон, — она открыла ноутбук, повернула к нему. — Сорок две тысячи. Это только наши вложения в дачные выезды. Таня с Колей приехали три раза, привезли один раз пакет с пряниками. Витя был каждые выходные в июле — ни разу ничего. Дача мамина, это я понимаю. Но мясо, уголь и всё остальное — это почему покупаем и привозим только мы с тобой? Сергей смотрел в экран. Потом откинулся на спинку стула. — Марин, ну мы не бедные. Семья собирается, мама радуется... — Я тоже рада, что семья собирается. Я не рада быть единственным спонсором этих сборов. Это разные вещи. — Неудобно говорить о деньгах с роднёй. — Мне неудобно каждый май везти на себе всё застолье для восьми человек. — Марина закрыла ноутбук. — Я предлагаю в этом году написать в чат заранее. Скинуться поровну на продукты. Нормально, по-взрослому. Сергей помолчал. — Мама обидится. — Может быть. Но я больше не буду молчать. Ты можешь написать сам — или напишу я. Сергей сказал, что напишет сам. Прошло пять дней. Он не написал ничего. Марина это заметила и открыла чат сама. *** Сообщение она составляла долго — не хотела никого обидеть, но хотела быть понятой. Написала просто: в этом году предлагаю организовать майский выезд всем вместе, скинуться на продукты заранее, дети бесплатно, она готова собрать деньги и закупиться продуктами. Отправила. Положила телефон и пошла на кухню. Через десять минут пришли ответы. Золовка Таня написала: «Мы ещё не знаем точно, сможем ли приехать». Это при том, что неделю назад говорила Сергею, что обязательно будут. Шурин Витя не ответил вообще — прочитал и промолчал. Нина Павловна написала последней. Марина увидела сообщение и почти физически почувствовала, как оно писалось. «Я думала, мы семья, а не столовая. Странно считать деньги с родных людей. Раньше всё было иначе». Сергей прочитал переписку и ничего не написал в чате. Ничего. Просто сказал Марине: — Ну вот, я же говорил. — Что ты говорил? — спросила Марина. — Что мама обидится. — И что теперь? Я должна снова промолчать и везти сорок килограммов продуктов? Он не ответил. Марина кивнула и пошла собирать сумку. *** На майские поехали, конечно, все. Таня с Колей и детьми, Витя, Нина Павловна с дачи никуда и не уезжала — жила там с апреля. Марина с Сергеем приехали в субботу утром. В машине лежала их еда — на двоих. Мясо на двоих, овощи на двоих, уголь один пакет. Сергей всю дорогу молчал. Марина смотрела в окно. Нина Павловна встретила их у калитки — радостная, в переднике, уже что-то готовила. Увидела пакеты, заглянула. — А мяса мало взяли. — Взяли на нас двоих, — сказала Марина спокойно. — Никто больше не захотел скидываться.