Она замолчала, тяжело дыша, ожидая злорадства. Ожидая, что Таисия сейчас рассмеется ей в лицо или скажет что-то едкое.
Таисия смотрела на женщину, которая когда-то вышвырнула ее в подъезд. В груди не екнуло ничего. Ни обиды, ни радости мщения. Просто пустота.
Она спокойно расстегнула сумочку. Достала кошелек, выудила оттуда несколько крупных купюр.
— Ника, подожди минутку, — тихо сказала она дочери.
Тая шагнула к Маргарите Львовне и вложила деньги прямо в ее дрожащие, нечистые ладони.
— Купите себе горячий обед, Маргарита Львовна. Зима скоро, вам тепло нужно, — ровным тоном произнесла Таисия.
Старуха недоверчиво уставилась на деньги. Ее плечи затряслись в беззвучном рыдании. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Тая уже отвернулась.
Она взяла дочь за руку и толкнула тяжелую дверь кондитерской. В лицо пахнуло ванилью, свежей выпечкой и крепким кофе. Таисия сделала глубокий вдох. Улица, холод и прошлое остались по ту сторону стекла.
