Истории из жизни
MAX ·
— И молчал?!
— Думал, как сказать.
— Три дня думал?!
— Вера Николаевна. — Кравцов поднял руку. — Геннадий Павлович как раз пришёл с предложением. Потому я вас обоих и позвал.
Она замолчала. Смотрела на мужа.
— Какое предложение? — спросила тихо.
Геннадий встал. Достал из папки листы, положил на стол перед Кравцовым.
— Я три года назад составил полный разбор — где Меридиан срывает. Схемы, даты, акты. Тогда никто не послушал. — Он посмотрел на Веру. — Если ты берёшь участок — возьми и это. Будешь знать, где ждать.
Тишина в кабинете стояла плотная.
— Ты для меня это сделал? — она спросила почти шёпотом.
— Для объекта, — сказал он. Помолчал. — И для тебя.
Кравцов крякнул, перелистал бумаги.
— Значит, работаем. Вера Николаевна — берёте участок?
Она не смотрела на Кравцова. Смотрела на мужа — на эти листы, которые он три года хранил, на руки, которые три дня не находили слов.
— Беру, — сказала она.
Из офиса вышли вместе. Молча дошли до парковки. Геннадий достал ключи, но машину не открыл — стоял, крутил брелок в пальцах.
— Гена.
— Что.
— Почему ты три года хранил эти бумаги?
Он пожал плечом.
— Не люблю, когда виноватых нет. Они были виноваты. Хотел доказать.
— А доказал в итоге мне.
— Выходит, так.
Вера взяла брелок у него из рук. Открыла машину сама. Села на пассажирское.
— Садись. Ты везёшь.
Геннадий сел за руль. Завёл двигатель. Не тронулся.
— Вер.
— Что.
— Я больше не скажу — цирк. — Пауза. — Это было по-дурацки.
— Было, — согласилась она.
— Ты теперь большой начальник.
— Ты теперь муж большого начальника. — Она посмотрела прямо. — Привыкай.
Геннадий хмыкнул. Первый раз за две недели — по-настоящему, без напряжения.
Тронулись. За окном плыл город — стройки, краны, опалубка вдоль дороги.
— Меридиан не пройдёт, — сказал он на светофоре.
— Не пройдёт, — согласилась Вера. — У меня все их схемы.
Зелёный. Поехали.
