Истории из жизни
MAX ·
Она прошла в спальню. Открыла шкаф. Достала с верхней полки старый, но крепкий дорожный чемодан на колесиках.
Выкатила его в коридор. Распахнула дверь в бывшую детскую комнату, где Никита хранил зимние вещи. Зашуршала куртками. Никита выглянул из кухни.
— Мам, ты чего делаешь?
Вера не ответила. Она методично складывала в чемодан его толстые свитера, джинсы из стирки, запасные зимние ботинки. Застегнула молнию. Щелкнула замком. Выкатила чемодан прямо к входной двери. Рядом поставила спортивный баул Даши.
— Если хочешь, чтобы Илья Сергеевич не пошел в полицию, ищи деньги, — ровно произнесла она.
Она выпрямилась.
— А сейчас на выход. Оба.
Никита уставился на чемодан.
— Я не понял.
— А что тут понимать? — Вера распахнула входную дверь.
В подъезде гулял сквозняк.
— Вы идете искать себя. Вдохновляться. Строить старт в жизни. Но не за мой счет. И не в этой квартире.
— Ты меня выгоняешь? — глаза сына округлились. — На улицу? Я вообще-то имею право тут жить!
Он шагнул вперед, сжимая кулаки.
— Я тут прописан!
— Ошибаешься, сын, — отрезала Вера.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты прописан у бабушки в области. Мы специально так сделали из-за военкомата, забыл? А эта квартира досталась мне по наследству от родителей еще до брака с отцом. Так что по закону я имею полное право не пускать сюда посторонних людей.
Никита моргнул. Юридический факт ударил по нему сильнее, чем крик.
— Я отправляю тебя во взрослую жизнь. Даша, дутую куртку застегните, на улице ветер. И не забудьте достать отцовскую пену для бритья из пакета с мусором. Прямо сейчас.
Даша суетливо метнулась в ванную. Вернулась с баллончиком пены, дрожащей рукой поставила его на тумбочку. Затем попятилась на лестничную клетку, волоча за собой баул.
— Никит... — пискнула она.
Она судорожно натягивала куртку.
— А где мы спать будем?
— Мам, это не смешно! — рявкнул сын.
Он попытался задвинуть чемодан обратно в квартиру, но Вера перегородила путь.
— Куда я пойду с чемоданом на ночь глядя? У нас ни копейки!
— К друзьям. В хостел. Грузчиком в ночную смену с ежедневной оплатой. У Даши родители есть, в конце концов, — бесцветно перечислила Вера.
— У меня мама строгая! — тут же открестилась девушка.
Она схватила свой пакет с косметикой.
— Она с парнем не пустит. И вообще, Никита, ты обещал, что у нас будет свое жилье! Ты говорил, что у тебя инвестиции!
Никита растерянно посмотрел на мать. В его глазах мелькнул детский страх. Тот самый, который всегда заставлял Веру сдаться, открыть кошелек, погладить по голове. Но сегодня усталость перевесила жалость.
— Я тебе не банкомат, Никита. И отец не ломовая лошадь. Повзрослей.
Она выставила чемодан на площадку.
— Мам, ну пожалуйста...
— До свидания.
Вера захлопнула дверь. Провернула ключ в замке два раза. Из-за двери еще минут пятнадцать доносились приглушенные голоса. Даша пищала что-то недовольное, обвиняя парня в обмане.
Никита басил, пытаясь оправдаться. Потом лифт загудел, увозя их вниз. Вера прислонилась лбом к холодной металлической двери и шумно выдохнула.
Прошло две недели. Вера мыла посуду, когда в коридоре загрохотал замок. Витя вернулся с дневной смены. Она сполоснула пальцы под краном и вышла встречать мужа.
— Привет. Устал?
— Есть немного, — Витя стащил ботинки и потер поясницу.
Он повесил ветровку на крючок.
— Слушай, звонил нашему бизнесмену.
Вера напряглась, но лица не изменила.
— И как он?
— Устроился на склад. Грузчиком пока, комплектовщиком. Денег просил, я не дал, как мы и договаривались. Сняли с Пашкой, другом его, комнату в коммуналке на окраине. Долг за диван хозяину частями отдавать будет.
— А Даша?
Витя хмыкнул.
— Какая Даша, Вер? Даша вдохновения ждала. А на складе им не пахнет. Уехала принцесса на третий день. К строгой маме вернулась. Сказала, что он ее надежд не оправдал.
Вера коротко дёрнула головой. Она подошла к двери, подняла светлый коврик, на котором все еще виднелись слабые въевшиеся следы от грязных кроссовок сына.
