ремя, когда я должен был там проезжать.
Парень присвистнул.
— Вот и я о том же. Судьба намного сильнее нашего желания успеть.
Сергей хмыкнул и прибавил громкость радио. Играло что-то спокойное, джазовое. Котенок в коробке снова мяукнул, и парень приоткрыл крышку, чтобы тот мог высунуть мордочку.
— Как назовете? — спросил Сергей.
— Муся. Как же еще.
— А не боитесь, что тяжело будет? Все время старую кошку вспоминать?
Парень пожал плечами.
— А я и не хочу забывать. Это же не замена, это продолжение. Муся-первая прожила хорошую жизнь, теперь Муся-вторая проживет. А я буду рядом. Так и должно быть.
Они проехали мимо торгового центра, свернули на Сокольников. Дом семнадцать оказался старой пятиэтажкой с палисадником, в котором кто-то заботливо высадил кусты сирени. Сейчас, в ноябре, они стояли голые, но Сергей легко представил, как здесь пахнет в мае.
— Спасибо, что подвезли, — парень расплатился и осторожно вытащил коробку. — И за разговор спасибо. Правда.
— Вам спасибо, — Сергей кивнул. — Удачи с Мусей.
Парень улыбнулся и пошел к подъезду. Сергей смотрел ему вслед и думал о том, что этот странный день, полный спешки и нервов, вдруг закончился чем-то хорошим. Чем-то правильным.
На экране мигал новый вызов, но Сергей не спешил его принимать. Просто сидел, смотрел на голые кусты сирени и думал о том, что иногда нужно и опаздывать.
