Он каждый день мыл доску после пар, и все смеялись над ним. Пока я не услышал, что он сказал уборщице
Евгений закончил смену в половине шестого, еле дотащился до душа и упал на диван с мыслью, что больше никуда не пойдёт.
Сварочные работы на новом объекте выматывали так, что к вечеру ноги не держали. Тридцать пять лет — не восемнадцать, организм уже не так быстро восстанавливается. Но через час Евгений всё-таки поднялся, натянул чистую рубашку и поехал в техникум. Курсы повышения квалификации по аргонной сварке были его личным выбором, никто не заставлял. Просто хотелось расти, не стоять на месте.
На занятия он опаздывал редко, но сегодня едва успел. Аудитория гудела, как улей. Преподаватель Сергей Иванович что-то объяснял у доски, чертил схемы сварных швов, а народ больше переписывался в телефонах, чем слушал.
Евгений сел за свободную парту сбоку, достал тетрадь и попытался вникнуть в тему. Рядом сидел парень лет двадцати двух, худой, в мятой куртке, с усталым лицом. Евгений видел его на каждом занятии — тот всегда сидел один, никогда ни с кем не болтал.
Пара закончилась ближе к девяти. Народ быстро собрался и повалил к выходу. Евгений тоже собрал вещи, но случайно уронил ручку. Наклонился поднять — и заметил, что тот самый парень остался в аудитории. Он подошёл к доске, взял тряпку и начал стирать мел. Медленно, аккуратно, будто это была его прямая обязанность.
Евгений удивился, но ничего не сказал. Может, дежурный? Хотя никаких дежурств на курсах не было. Вышел в коридор, надел куртку и пошёл к выходу. Больше об этом не думал.
На следующем занятии картина повторилась. Пара закончилась, все ушли, а парень снова остался и принялся мыть доску. Евгений заметил это случайно — задержался, чтобы спросить у преподавателя про один непонятный момент.
Сергей Иванович ответил, кивнул и ушёл, даже не обратив внимания на парня с тряпкой...
