«Посадите её у туалета, там как раз есть свободный столик» — свекровь сказала это администратору при мне, с улыбкой, будто отдавала распоряжение о цветах на стол. Через час весь зал узнает, кому на самом деле принадлежит этот ресторан
Меня зовут Лена, мне двадцать восемь. Вышла замуж за Кирилла три года назад и с самого начала знала: его мать, Регина Львовна, меня не примет. Она была из тех женщин, для которых статус — это воздух, которым дышишь. Богатый муж, дорогие украшения, знакомства с телеведущими и нотариусами из «приличных» кругов.
А Кирилл, по её словам, был «разочарованием». Восемь лет назад он ушёл из семейного бизнеса, поссорился с отчимом, уехал в Петербург «неизвестно куда и зачем».
Кирилл никогда не оправдывался. Просто молчал и жил свою жизнь, но никогда не рассказывал подробностей даже мне. Я не давила. Доверяла.
В этот раз повод был серьёзный — пятидесятилетие Регины Львовны, банкет в дорогом ресторане «Версаль», куда она пригласила «нужных людей»: нотариуса, телеведущую, старых подруг, партнёров мужа. Нас с Кириллом позвали в последний момент, будто для галочки.
— Приезжайте, конечно, — сказала она по телефону. — Только не потеряйтесь там, зал большой.
Я тогда не поняла намёка. Поняла на месте.
Нас усадили за маленький столик у самого выхода в туалет, а не за общий стол с семьёй. Регина Львовна, проходя мимо, коснулась моего плеча и произнесла с фальшивым сочувствием:
— Ой, простите, мест не хватило. Ну ничего, зато вам будет удобно выйти, если что.
Кирилл молчал. Сидел ровно, спокойно резал стейк, будто не замечал ничего.
— Тебе не обидно? — тихо спросила я.
— Подожди, — так же тихо ответил он. — Ещё не время.
Ближе к середине вечера в зал вошёл представительный мужчина в строгом костюме. Регина Львовна расцвела.
— Савельев, наконец-то!
Мужчина поздоровался с гостями, произнёс тосты за именинницу. А потом достал из кармана папку с документами.
— Раз уж мы все здесь собрались, — сказал он, — пользуясь случаем, объявлю то, что и так скоро станет известно. Документы по передаче ресторана в управление новому владельцу сети.
Он на секунду замолчал, обвёл взглядом зал.
— С сегодняшнего дня «Версаль» входит в группу Кирилла Андреевича Воронцова.
Я услышала, как за соседним столом кто-то уронил вилку.
Регина Львовна застыла с бокалом в руке. Лицо у неё стало таким белым, будто из него в одну секунду ушла вся кровь.
— Что?.. — выдохнула она.
Кирилл медленно повернулся к ней. Я знала этот его взгляд. Спокойный. Почти мягкий. Самый страшный именно своей сдержанностью.
— Мам, знакомься, — сказал он. — Видимо, с «неизвестно где» у меня всё сложилось лучше, чем ты рассчитывала...
