Расскажу, что видел вчера в поликлинике. Сижу жду, напротив — дед с бабулей, оба сильно за семьдесят.
И он ей шнурки завязывает. Наклонился, кряхтит, руки трясутся, но завязывает. Она сидит, держится за его плечо, чтоб он не завалился, и приговаривает: «Да не лезь ты, я сама». А он: «Сиди уж, сама она».
Завязал. Сел обратно. И она ему так тихонько кофту поправила на плече. Молча. Он даже не заметил вроде.
И вот я сидел и смотрел на них минут десять как в кино.
Потому что вся любовь была вот в ЭТОМ. Не в словах, не в цветах, не в «ты моё солнышко». А в том, что ему тяжело нагибаться — но он нагибается. И в том, что она ему поправляет кофту, хотя он не просил и даже не видит.
Мы всё ищем какую-то большую любовь. С искрами, со страстью, чтоб дух захватывало. А она, оказывается, вот такая. Тихая.
Дай бог каждому дожить до своих шнурков рядом с тем самым человеком)
