Публикации канала «Женские тайны»

Ясновидящая посмотрела на старую фотографию семьи и сказала: «Через семь лет вы узнаете, что этот человек всё это время был жив». Женщина рассмеялась — ведь человека на фотографии похоронили двадцать лет назад. Но через семь лет произошло то, после чего она вспомнила каждое слово ясновидящей… Елена разбирала старые вещи после смерти матери. В одной из коробок она нашла семейный альбом, который не открывала много лет. На первой странице была фотография, сделанная ещё до её рождения: родители, бабушка, маленький брат и мужчина, которого Елена знала только по старым рассказам. Это был её дядя Виктор. Он погиб двадцать лет назад. По крайней мере, именно так всю жизнь говорила семья. Несколько лет назад Елена случайно оказалась на небольшом телевизионном мероприятии, где работала известная ясновидящая. Та неожиданно попросила показать ей любую фотографию из телефона. Елена открыла снимок семьи. Ясновидящая долго смотрела на него, а потом указала пальцем на Виктора. — Этот человек. Елена улыбнулась: — Его уже нет в живых. Он погиб очень давно. Женщина покачала головой. — Нет. Елена сначала решила, что ослышалась. — Что значит «нет»? Ясновидящая посмотрела ей прямо в глаза. — Через семь лет вы узнаете, что этот человек всё это время был жив. Елена рассмеялась. — Но я была на его похоронах. — Вы были на похоронах человека, которого вам показали как Виктора, — тихо ответила ясновидящая. После этих слов Елене стало не по себе. Она хотела спросить, что это значит, но ясновидящая уже отвернулась. — Когда придёт время, вы сами поймёте, почему от вас это скрывали. Елена решила, что женщина просто сказала красивую загадочную фразу. Она вернулась домой, убрала фотографию в альбом и почти сразу забыла об этом разговоре. Прошёл год. Потом второй. Третий. Седьмой год наступил совершенно незаметно. В один обычный вечер Елене позвонил незнакомый номер. — Елена? — Да. Кто это? Мужчина на другом конце несколько секунд молчал. А потом произнёс: — Меня зовут Виктор. Мне нужно с вами поговорить. Елена замерла. Она решила, что это чья-то жестокая шутка. Но мужчина назвал адрес дома, где прошло её детство. Назвал имя её матери. А затем сказал одну вещь, которую мог знать только настоящий Виктор. Елена бросилась к старому семейному альбому. Дрожащими руками открыла ту самую фотографию. И тут случилось такое…

Перед операцией врач сказал мужчине: «Когда вы выйдете отсюда, первым делом позвоните человеку, которого ненавидите». Мужчина удивился: «Я скорее умру, чем позвоню ему». Через три года он понял, зачем врач это сказал… Андрей лежал на больничной койке и пытался шутить, хотя сам понимал, насколько всё серьёзно. На следующий день ему предстояла сложная операция. Врач, который должен был её проводить, пришёл вечером проверить анализы. Он долго листал историю болезни, а потом вдруг спросил: — Есть человек, с которым вы давно не разговариваете? Андрей удивился: — Есть. — И вы его ненавидите? Андрей усмехнулся. — Даже больше. Врач закрыл папку. — Тогда после операции, когда придёте в себя, первым делом позвоните ему. Андрей рассмеялся: — Доктор, вы серьёзно? Я скорее умру, чем позвоню этому человеку. Врач посмотрел на него совершенно спокойно. — Вот поэтому я и прошу вас это сделать. Андрей перестал улыбаться. — Вы его знаете? — Нет. — Тогда откуда вам знать, что произошло? Врач несколько секунд молчал. — Я ничего не знаю о вашей ссоре. Но я слишком много раз видел людей, которые думали, что у них ещё будет время поговорить. После этих слов он вышел. Андрей долго смотрел на закрывшуюся дверь. Человеком, которого он ненавидел, был его старший брат Сергей. Когда-то они были очень близки. Вместе росли, вместе помогали матери, вместе открыли небольшой бизнес. Пока однажды Сергей не сделал то, чего Андрей не смог ему простить. Он ушёл. Забрал свою долю денег, оставил брата с долгами и исчез из его жизни. Андрей тогда решил, что Сергей просто предал его. Он не отвечал на звонки. Не открывал письма. Даже когда мать просила их помириться, отвечал: — Если ему нужен брат, пусть сам придёт. С тех пор прошло почти десять лет. Операция началась утром. Она длилась несколько часов. Когда Андрей открыл глаза, первым человеком, которого он увидел, был тот самый врач. — Всё прошло хорошо, — сказал он. — Теперь вам нужно отдыхать. Андрей слабо улыбнулся. — Я помню ваш совет. Врач посмотрел на него внимательно. — И? Андрей отвернулся. — Нет. Я не буду ему звонить. Врач ничего не ответил. Через несколько дней Андрей вышел из больницы и вернулся домой. Жизнь постепенно вошла в привычное русло. Работа. Дом. Повседневные дела. Он почти забыл слова врача. Прошёл год. Потом второй. А однажды, спустя почти три года после операции, Андрей разбирал старые документы матери. Внутри старой папки он обнаружил конверт. На нём было написано: «Андрею. Если я не успею вам всё рассказать». Он вскрыл конверт. Прочитал первую страницу. Потом вторую. И вдруг побледнел. Потому что понял: всё, что он десять лет думал о своём брате, было ложью. А самое страшное было то, что Сергей всё это время пытался с ним связаться. И тут Андрей вспомнил слова врача. «Когда выйдете отсюда, первым делом позвоните человеку, которого ненавидите». Он достал телефон. Нашёл старый номер Сергея. Но прежде чем нажать кнопку вызова, Андрей прочитал последнюю строчку письма матери. И от неё у него задрожали руки. «Сынок, если ты когда-нибудь узнаешь правду, пожалуйста, не опоздай так, как опоздала я…» И тут случилось такое…

Мечты сбываются 🥰

Я: ой, я вообще не люблю сплетни! Так же я: 😁

В ветлечебницу ворвался шумный и взволнованный клиент: «Ребята, помогите. Я тут собаку хорошую сбил. Сама под колеса бросилась…». Аккуратно уложив пса на кушетку, группа специалистов принялась за дело. Пес был в сознании и почти совсем не издавал жалобных звуков, просто растеряно смотрел в глаза каждому, кто старался ему помочь. Это была великолепная легавая собака породы курцхаар. К счастью, у пса не оказалось серьезных повреждений и получив изрядную дозу антишоковой терапии, устало и безнадежно опустил морду на лапы. Клиент взмолился: «Я все оплачу.Только разрешите оставить собаку у вас. Я очень тороплюсь.У меня работа. А вы дайте объявления. Хозяин найдется. А если не найдется, то ее обязательно кто-нибудь заберет. Такую замечательную собаку не могут не забрать». На том и порешили. Красавчика оставили в клинике. Утром во всех читаемых газетах и по радио была распространена информация о потеряшке. Звонков и визитов с желающими приобрести друга было много. Мы тщательно записывали телефоны возможно будущих хозяев, но упорно продолжали ждать истинного. При этом рассуждали: -А вдруг какой-нибудь охотник скажет, что моя. Как поверим? Собака послушная.За любым пойдет. -А. И проверять не будем. Отдадим. Да и все. Пес прожил в клинике почти неделю. По ночам пес подвывал и даже умудрился погрызть упаковку систем для внутривенных инфузий. Днем Красавчик вел себя прилично . Выходил на улицу без поводка по первому же требованию с грустно опущенной головой. Делал свои собачьи дела и нехотя возвращался назад. Ел без аппетита, но все-таки ел. Наконец-то объявился ОН. Истинный. Мужчина средних лет вошел в клинику , вежливо поздоровался, вздохнул, присел без приглашения, как будто его уже совсем не держали ноги и тихим голосом спросил: -Мне сказали, что мой пес живет у вас. Это правда? Мы переглянулись. Пес был в другой комнате.-А какой он у вас? Опишите. И кто вам сказал, что он у нас? -Да я его уже несколько дней ищу. Пока я с приятелем беседовал, рванул за сучкой и с концами. Ходил по ветлечебницам. Вот в одной сказали, что у вас есть потеряшка. Наш посетитель подробно описал приметы друга и все приготовились лицезреть трогательную встречу. Встреча была действительно душещипательной. Пес увидев сидящего хозяина, практически ахнул. Это был какой-то необыкновенный» вскрикохлип». Положив голову хозяину на колени, пес торопливо принялся рассказывать хозяину о своих неудачных приключениях: -Вау-вау, вау-вау-вау-вау-ва-ва-ва. Вау-вау, вау-вау-вау-вау-ва-ва-ва… И все это вперемешку со стенаниями и вздохами. Пес торопился рассказать хозяину о своей неудачной встрече с подругой своей мечты . И как неожиданно все произошло. И как таинственные запахи вскружили ему голову и он забыв о своем хозяине, рванул влекомый инстинктами продолжения рода собачьего вслед за ветреной особой. И о том, как эта «дама» бросилась в самый неподходящий момент через дорогу и ее пришлось догонять. Потом — удар по голове… И какие-то чужие люди, чужие руки, чужая еда, чужой дом. И как он боялся, что хозяин его не найдет… — Ладно. Я понял. Иди в машину. Я сейчас. Собака мгновенно рванула к дверям. Мордой открыла незапертую дверь кабинета. Толкнула лапами дверь, ведущую на улицу. Открыла переднюю дверцу старенького Жигуленка и уселась на переднее сиденье как первоклассник на уроке по стойке смирно. Хозяин, который все это время внимательно слушал свою собаку, непрестанно поглаживая ее по голове, поднял на нас полные слез глаза и спросил: — Сколько я вам должен? Все свидетели еле сдерживая свои эмоции и пряча свои глаза , только отмахнулись от него: — Да идите уже отсюда. Сил нет на вас смотреть. И один из докторов, внезапно вспомнив предыдущие рассуждения сотрудников о предстоящей встрече с хозяином, выпалил: — А вы говорили как мы узнаем настоящий хозяин или нет? А вот так и узнаем… И решительно смахнул слезу. Автор: Лариса Марченко

Острый аппендицит Немедленная госпитализация, иначе — полный сепсис. Тон у врача был непререкаемый. — Как госпитализация, у нас ребенку только 17 дней! — заволновался отец. — Да вы что, мужчина, что вы мне тут панику разводите! — возмутился врач. — А еще военный. Немедленно несите её в машину! — крикнул он санитарам. Раздался вой сирены, и «скорая» унеслась в ночь. — Ну вот... Остались мы тут: «ты да я, да мы с тобой». — в растерянности пропел отец знакомый мотивчик. Я не слушала — я орала. Во всю силу своих семнадцатидневных легких. И день орала. И ночь орала, не обращая на стуки в стену раздраженных соседей. И никакая утряска, гули-гули не помогали. Я была мокрая и голодная. Отцу дали отпуск в воинской части по уходу за ребенком. Мать удалось спасти, но пока не выписывали, опасаясь осложнений. Между тем я продолжала орать как резаная. От козьего молока, добытого неизвестно как и где недосыпавшими соседями, я категорически отказалась. Добро, конечно, не пропало — с ног валившийся от усталости отец его выпил. А вот сгущенка из пайка очень даже мне пришлась по вкусу. Сла-аденькая, отец её с водой слегка разбавлял. Только и она быстро кончилась. А щеки мои покраснели от диатеза. Сладенькая-то она сладенькая, да вредненькая. И тогда отец решился. Замотав меня как следует в пеленки, так что я была похожа на куль, он побежал на автобусную остановку. Женщины там на него с интересом поглядывали и о чем-то шептались. Наконец одна не выдержала. Подойдя к отцу, она нерешительно дернула его за рукав шинели: — Мужчина, у вашего ребенка ноги наружу торчат, как бы не простудился. Морозец-то сегодня градусов под тридцать. И она помогла ему подоткнуть одеяльце, так чтобы ноги оказались внутри. Только я их все равно выпростала — голод ведь не тетка! Так, сопровождаемый моим надсадным ревом, и явился он в роддом. Сочувственно посмотревшие на него санитарочки впустили внутрь. И там он взмолился: — Бабоньки, если у кого молоко после кормежки останется, покормите мою ревунью! Третью ночь на ногах, а она никак не унимается. Неприступные бабоньки сперва поджали губы. Никто не отозвался — свои дети дороже. Времена тогда были суровые. Тяжелые. Наконец одна не выдержала, сжалилась: — Давай её сюда, всё лучше, чем сцеживать. Не пропадать же добру. Я благодарно припала к могучей татарской груди и замолкла в блаженстве. Потом эстафету подхватила казашка, украинка, якутка. Несколько дней подряд ездил отец в роддом, пока мать мою из больницы не выписали. Меня там успевали не только накормить, но и перепеленать и обласкать. Так с молоком и впитала я любовь к человечеству, независимо от национальной принадлежности и расы. Я и по сей день не изменилась. А сгущенку до сих пор люблю! Автор: Ольга Вярси

Гадалка на вокзале посмотрела на молодую пару и сказала: «Вы поженитесь. Но на вашей свадьбе будет человек, который вскоре вас предаст». Они посмеялись. А через год на свадебной фотографии нашли его лицо… Артём и Лена познакомились совершенно случайно — в одном поезде. Разговорились, обменялись номерами, а через несколько месяцев уже не представляли жизни друг без друга. Через год Артём сделал Лене предложение. Однажды, ожидая поезд на небольшом вокзале, они проходили мимо пожилой женщины с картами. Вдруг она подняла глаза и позвала их: — Подойдите. Я должна кое-что вам сказать. Артём улыбнулся и протянул руку. Женщина долго смотрела на его ладонь, потом перевела взгляд на Лену. — Вы поженитесь, — тихо сказала она. — И будете счастливы. Но на вашей свадьбе будет человек, который вскоре вас предаст. Артём рассмеялся: — И кто же? Гадалка покачала головой. — Вы сами пригласите его. Потому что будете считать его своим человеком. Они ушли, смеясь над странным предсказанием. Перед самым отправлением поезда женщина вдруг крикнула им вслед: — Когда найдёте фотографию — вспомните мои слова! Прошло несколько месяцев. Артём и Лена действительно поженились. На свадьбе были только родные и самые близкие друзья. Поэтому слова гадалки вскоре окончательно забылись. Ровно до того дня, когда Лена решила собрать свадебный альбом. Она пролистывала фотографии, пока на одном снимке вдруг не заметила человека, стоявшего далеко позади гостей. Лена приблизила фотографию. Она никогда раньше его не видела. Но самое странное было в другом. Человек на фотографии смотрел прямо на них. И рядом с ним стоял тот, кому Артём и Лена доверяли больше всех. И тут случилось такое…

Экстрасенс на телешоу посмотрел на женщину и сказал: «Через пять лет вы потеряете самого близкого человека. Но именно благодаря этой потере найдёте того, кого считали потерянным навсегда». Она не поверила. Через пять лет вспомнила каждое его слово… Ольга пришла на телешоу вместе с мужем и дочерью. Они были обычной счастливой семьёй: небольшой дом, любимая работа, семейные праздники и привычка каждое воскресенье завтракать за одним столом. Ольга никогда особенно не верила в экстрасенсов, но дочь уговорила её принять участие в программе. Когда очередь дошла до Ольги, экстрасенс несколько секунд молча смотрел на неё. Потом попросил назвать дату рождения и неожиданно спросил: — У вас есть человек, которого вы потеряли много лет назад? Ольга нахмурилась. Вопрос показался ей странным. — Нет. По крайней мере, я так не думаю. Экстрасенс посмотрел ей прямо в глаза. — Вы думаете, что потеряли его навсегда. Но это не так. В студии стало тихо. Ольга уже хотела улыбнуться, но мужчина вдруг добавил: — Через пять лет вы потеряете самого близкого человека. Это будет очень тяжёлый период вашей жизни. Но именно благодаря этой потере вы найдёте того, кого когда-то считали потерянным навсегда. Ольга побледнела. — Кого я потеряю? Экстрасенс покачал головой. — Если я скажу, вы начнёте бояться каждого дня. После съёмок Ольга старалась забыть этот разговор. Но слова застряли в голове. Она стала внимательнее смотреть на мужа, чаще звонить дочери и даже иногда просыпалась ночью от страха, представляя самое страшное. Прошёл год. Потом второй. Третий. Ничего не происходило. Ольга постепенно решила, что экстрасенс просто ошибся. Прошло ровно пять лет. В тот день она собиралась на семейный ужин, когда раздался телефонный звонок. После нескольких коротких фраз Ольга медленно опустилась на стул. Она сразу поняла, что произошло именно то, о чём пять лет назад предупреждал экстрасенс. Но когда через несколько часов она вернулась домой и открыла старую коробку, которую не трогала почти тридцать лет, её ждало то, чего она никак не могла ожидать. На самом дне лежала фотография человека, которого Ольга считала погибшим. И на обратной стороне фотографии было написано всего четыре слова: «Я всё это время ждал тебя».

Проработал пожарным я лет десять и разное случалось, но вот один случай запомнился мне больше всего. Глубокой ночью поступил вызов о возгорании частного дома. Прибыли на место, оценили ситуацию, узнали, что в доме могут находиться два человека: пожилая женщина и ребёнок пяти лет. Бабушку мы обнаружили быстро, лежала без сознания на полу в одной из комнат, а мальчика не нашли. Когда отдали бабушку в руки врачей, к нам подошли соседи и предположили, что мальчика мог забрать в гости отец, который живёт в другом районе города. Увы, бабушка была без сознания, узнать у неё о месте нахождения мальчика оказалось невозможным. Я был встревожен и хотел ещё раз вернуться в дом, но мой напарник остановил меня, подтвердив, что обследован каждый угол в доме и ребёнка в нём нет. Неожиданно в меня вцепилась женщина, умолявшая спасти её сына. Буквально возникла из неоткуда, схватила меня за грудки и, глядя глазами полными слез, сказала: — Ванечка в сундуке, в самой дальней комнате. Он испугался и спрятался. Я прошу вас, умоляю, помогите ему! — Вы мама? — уточнил я. — Да, да! Пожалуйста, скорее! Он задыхается! Я снова бросился в дом. Где грешным делом, пробираясь через стену дыма и огня, осудил мать мальчика: «Сама выбралась, а ребёнка оставила... Непутевая мамаша! » И вдруг вижу её в доме. Стоит в дыму, показывая в какую комнату идти. Я как закричу: — Совсем с ума сошла! Быстро из дома! Пошла, пошла! — и оттолкнул её рукой в сторону выхода. А сам думаю: «Не повезло ребёнку с мамашей, явно сумасшедшая женщина». Добрался до сундука, открываю, лежит мальчишка. Хватаю на руки и бегом из дома. На улице передаю его врачам и выдыхаю, когда слышу, что мальчишка жив. Пока врачи возятся ребёнком, оборачиваясь, говорю мужикам: — А тронутая мамаша где? — Какая мамаша? — недоумевая, хлопая глазами, смотрят на меня мужики. — Какая, какая?! Мать мальца! Бегала тут, за грудки меня хватала, умоляла спасти сына. Сама бросила в доме, а теперь плачет, — со злостью объясняю я. И тут в разговор вмешивается один из соседей: — Вы что-то путаете. Померла мать Ваньки, года два уж как, а мальчишку бабушка на ноги поднимает. Отец есть, только он уже другой семьёй обзавёлся, хотя берет иногда на пару дней мальчика. Мы вот и решили, что он его увёз. Это просто чудо, что вы его нашли и спасли. Угорел бы, — заключил сосед. Мой напарник, хлопая меня по плечу говорит: — Дружище, не было здесь никакой женщины. Говорю тебе точно, я всё время рядом с тобой был. Может дымом надышался, привиделось? Как ты себя чувствуешь? Больше я ничего не говорил про странную женщину. Только через несколько дней купил Ванечке подарки и отправился в больницу. Хороший такой мальчишка оказался, добрый, весёлый и болтливый. Пока он изучал новые игрушки, бабушка поблагодарила меня за его спасение и спросила о том, как я понял, что Ваня в сундуке спрятался. И я решился рассказать ей о странной женщине, назвавшейся матерью Вани. Бабушка стала расспрашивать о том, как она выглядела. — Маленькая, худенькая как тростинка. Платье на ней белое кружевное было, чуть ниже колен. Волосы каштановые, длинные, вьющиеся. И глаза большие и зелёные, будто изумруд... — Это Алёнушка моя, девочка моя, доченька моя приходила, — перебила меня бабушка. — Знаешь, как Ваньку любила, души в нём не чаяла. Ох, если бы не проклятая болезнь. Она спасла его, её ты видел той ночью! Алёнку нашу ... — заплакала бабушка. Ваня подошёл к бабушке, начал успокаивать её, а когда она утерла слёзы, обнял меня. Я потрепал его по волосам и сказал: — Ты, Ванька, герой! Ничего не бойся в этой жизни, ведь у тебя знаешь, какой ангел хранитель за спиной? — Какой? — спросил Ваня, устремив на меня свои большие и зелёные глаза, точно как у мамы. — Красивый, с изумрудными глазами, любящий и оберегающий тебя от всех бед и невзгод. И зовут твоего ангела - мама. Автор: МуХа

Чистим вещи от шерсти без валика 🙌

Если мужчина, то только такой 😄

В этом и есть счастье... В одной руке её ботиночек, в другой - её рука 🥰

Андрей несколько месяцев клал телефон экраном вниз. Однажды вечером Лена спросила, зачем он это делает — и муж впервые за много лет ей соврал — Андрей, ты опять телефон экраном вниз положил, — заметила Лена, убирая со стола тарелки. — Ну и что? — Да ничего. Просто раньше ты так не делал. Андрей пожал плечами и перевернул телефон обратно. — Чтобы экран не светил. Раздражает. Лена кивнула. На этом всё. Но с того вечера она начала замечать это всё чаще. Телефон экраном вниз лежал на кухне. В спальне. В машине. Если Андрей выходил в другую комнату, телефон отправлялся вместе с ним. Если приходило сообщение, он сначала смотрел на Лену, а уже потом открывал экран. — Работа? — как-то спросила она. — Ага. И Лена снова поверила. Так продолжалось несколько месяцев. Пока однажды Андрей не оставил телефон дома. Он торопился, забыл его на кухонном столе и уже через десять минут позвонил Лене с рабочего номера. — Лен, я телефон дома оставил? — Да. — Хорошо. Только, пожалуйста, не трогай его, ладно? Лена усмехнулась. — А что там такого? — Да ничего. Просто… мало ли кто будет звонить. Через полчаса телефон завибрировал. На экране высветилось женское имя. «Марина». Лена не взяла трубку. Через минуту пришло сообщение. «Андрей, я больше не могу ждать. Ты обещал, что скажешь ей всё до конца месяца». Лена перечитала сообщение несколько раз. А потом положила телефон обратно экраном вниз. Вечером Андрей пришёл домой как обычно. Снял куртку. Поцеловал Лену. Спросил, что приготовить на ужин. Лена молчала. — Что случилось? — наконец спросил он. — Ничего. Андрей посмотрел на неё и вдруг понял. — Ты читала? Лена ничего не ответила. Он сел напротив. — Лен, я могу всё объяснить. — Тогда объясняй. Андрей долго молчал. А потом сказал: — Только сначала ты должна кое-что узнать. Лена посмотрела на него. И в этот момент Андрей достал из кармана ключи от машины и положил их на стол. — Завтра мы с тобой поедем в одно место. Лена ещё не знала, куда именно. Но когда утром увидела, какой адрес Андрей написал на листке, она сразу поняла, что последние несколько месяцев неправильно понимала одну очень важную вещь.

Гадалка посмотрела на фотографию сына и сказала: «Он скоро вернётся домой. Только не так, как вы думаете» — Это ваш сын? — спросила гадалка, взяв фотографию со стола. — Да. Мой единственный. Женщина долго смотрела на снимок, потом перевернула его лицом вниз. — Что вы делаете? — удивилась Лена. — Не хочу пугать вас раньше времени. — Чем? Гадалка снова посмотрела на фотографию. — Он скоро вернётся домой. Лена невольно улыбнулась. — Было бы неплохо. Он уже три года живёт в другой стране. — Я не сказала, что он вернётся из-за соскучившейся души. Улыбка исчезла с лица Лены. — А что тогда? Гадалка помолчала. — Только не так, как вы думаете. Лена попыталась расспросить её, но женщина больше ничего не сказала. По дороге домой она сама себе повторяла, что это всё глупости. Сын, Максим, действительно давно не приезжал. Работал, строил свою жизнь, иногда звонил матери по видеосвязи. В тот вечер он тоже позвонил. — Мам, ты чего такая задумчивая? — Да так. Была сегодня у одной женщины. — Опять гадалки? — Не начинай. Максим рассмеялся. — Что на этот раз напророчила? Лена уже хотела рассказать, но почему-то промолчала. — Ничего интересного. — Хорошо. Тогда до завтра. Это был последний обычный разговор. На следующий день Максим не вышел на связь. Лена сначала не переживала. Потом написала ему. Сообщение не доставилось. Позвонила — телефон был выключен. К вечеру она уже звонила его друзьям. Никто ничего не знал. А ночью Лене позвонили. Номер был незнакомый. — Вы мама Максима? — Да. — Не пугайтесь. С вашим сыном всё в порядке. Лена села на кровать. — Где он? На другом конце немного помолчали. — Он просил передать вам, что завтра будет дома. Лена почувствовала облегчение. Но потом мужчина добавил: — Только… пожалуйста, не задавайте ему сразу вопросов. — Почему? — Потому что он хочет рассказать вам всё сам. Утром Лена почти не отходила от окна. В десять часов подъехала машина. Максим вышел. Но Лена сразу поняла, что что-то не так. Он был не один. Из машины за ним вышел пожилой мужчина с небольшой дорожной сумкой. Максим посмотрел на мать и сказал: — Мам, я привёз человека, с которым ты должна познакомиться. Лена перевела взгляд на незнакомца. Тот стоял молча и смотрел на неё так, будто видел впервые. А потом тихо произнёс: — Елена? — Да. Мужчина достал из кармана старую фотографию. Посмотрел на неё. И сказал: — Тогда я наконец могу вернуть вам то, что ваш сын искал последние три года. Лена посмотрела на Максима. Он опустил глаза. И только тогда она поняла, что всё это время её сын ездил за границу вовсе не ради работы.

Знакомо? 🤣

Наши родители конца 60-х начала 70-х были, как бы так помягче сказать, пофигистами, что ли. Особо с нами не заморачивались. Работали, занимались своими делами, понемногу воспитывая нас. Мы выросли как-то сами по себе. Мама всегда говорила: не хочешь, не ешь. Да, в нашем детстве особых кулинарных изысков не наблюдалось, но не помню, чтобы кто-то ходил голодным. Если я заходила в гости к своим друзьям, там всегда было молоко, хлеб, жареная картошка. С зимы стояло в банках варенье. Мама готовила очень вкусную, но очень однообразную еду. На первое — щи, а когда построили птицефабрику, то куриный суп. На второе — картошка. Иногда с мясом, иногда с колбасой. Какую колбасу делал мясокомбинат! За ней выстраивались длиннющие очереди, сзади напирали и кричали: по палке в одни руки! Особо хозяйственные тетки подталкивали к прилавкам детей, мол, и на него тоже «вешайте». Ну и конечно, яичница, разные каши... Очень редко, и это был настоящий процесс на целый день, домашние котлеты или пельмени. Всегда папа и мама делали их вместе. Это они затевали в воскресенье. На стол устанавливалась тяжеленная мясорубка, крутили мясо, потом лепили, жарили-варили и ели. В прикуску отлично шли домашние соленые огурцы, которыми нас снабжала бабушка, и квашеная капуста. Пили чай с конфетами, которые мама и папа привозили из московских командировок. И это считалось уже почти роскошью. Я, кстати, конфеты почти не ела, не любила, а мама очень уважала шоколадные. Папа мог за один присест употребить с чаем полбанки варенья. Вспоминаю их, смешно, как они радовались сладкому. Молодые были, самим едва за 30 лет. Когда я пошла в первый класс, мама приспособилась варить мне макароны, такие длинные, большие, с широкими дырками, сероватые. Макароны я любила очень. Мама их просто отваривала и заправляла сливочным маслом. А потом накрывала кастрюльку подушкой, чтобы они не остыли до того времени, как я вернусь из школы... На праздники собирали стол. Обязательным был салат оливье, винегрет, селедка (ее не разбирали на филе, а резали прямо с хребтом и посыпали зеленым луком, заправляли подсолнечным, пахучим маслом. Резали колбаску, сыр. Готовили на горячее опять же картошку с мясом. Ставили домашнюю капусту и огурцы. У дяди-рыбака была еще жареная рыба, от чего мой папа просто приходил в восторг. А у нас — командировочные шпроты, иностранные консервы «глобус», какая-нибудь московская ветчина и редко, но бывала, красная икра, которую опять же аккуратно ели только мужчины. А маме и тете она не нравилась — соленая и горькая какая-то. Зимой свежие фрукты были редкостью. Об огурцах-помидорах с ветки даже речи не было. Огурцы мама торжественно приносила в мае, из заводской столовой. Они стали появляться, когда под городом построили тепличное хозяйство. Один огурец шел на салат, а другой отдавали мне. Мыли, резали, посыпали чуть-чуть солью и предлагали на тарелочке. Это было что-то удивительно — забытый за зиму запах и вкус... На Новый год папа приносил апельсины. И это было классно. До сих пор я покупаю на новый год именно апельсины, именно их запах говорит мне о том, что пришел праздник. А еще в школе нам давали подарки — небольшой пакет, в котором были конфеты, печенье и обязательно большое красное яблоко или апельсин. Таких подарков у меня собиралось несколько — из школы, от родительских работ, с елки из Дворца металлургов... Вот конфеты из новогодних кульков я почему-то съедала все. На праздники нам покупали лимонад, по-моему, «Буратино», очень вкусный, в поллитровых стеклянных бутылках. Пили мы его с наслаждением и могли выпить море. Быстро он кончался. Вообще, удивительно, но на еду мы, дети, жадными не были. Если ты брала во двор кусок хлеба, то каждый откусывал от него, яблоко — тоже кусали все. Выходил с драгоценной жвачкой — вот ее не делили, а все по очереди понемногу жевали, а потом возвращали владельцу. И ведь не болели! И не боялись заразиться.

Хвали! Даже если хочется плакать! Скажу честно — я родителям не помогала. Точнее, когда-то, в очень раннем возрасте я пыталась, но им это не нравилось. Не нравилось, когда я плевала на носовой платок и «до блеска» терла окна на кухне. «Только вчера все отмыла, — горько вздыхала мама, — а теперь все заново! Шла бы ты лучше играть». Не нравилось, когда я мыла холодной водой посуду, и она оставалась жирной. «Отойди, я лучше сама», — подталкивала меня мама к выходу. Не нравилось, когда я садилась лепить с ней пельмени и «переводила» половину теста и мяса. «Не мешай!», — сердилась она. Нет, мама не хотела меня обидеть. Она хотела как лучше. Сделать все быстрее и идти со мной гулять. У нее было еще столько дел! И я перестала мешать. Я вообще перестала что-то пытаться делать по дому. Это она мне рассказывала уже тогда, когда я стала взрослой. «Если бы все вернуть назад!», — вздыхает она сейчас. Я и готовить, собственно, научилась только когда вышла замуж. Одна моя подруга до сих пор вспоминает, как я звонила ей и шептала в трубку, чтобы муж не слышал: «Оль! Скажи, как варить бульон». А еще помню, свекровь, бабушка Катя, женщина простая, выросшая в деревне, в многодетной семье, как-то сказала мне: «Пусть всегда помогают, даже если мешают. И хвали! Хвали! Даже если от помощи хочется плакать!». Я видела, как она хвалила внучек, когда они помогали ей жарить котлеты, и весь стол, кухня, занавески, об которые кто-то вытер в кулинарном запале руки, были в фарше. — Смотри, это Сонечка (наша вторая) полностью сама приготовила, — показывала мне бабушка Катя какие-то бесформенные угольки. А потом на радость внучке героически их съела. Все, до единого! И на ее лице не дрогнул ни один мускул. А я с ужасом смотрела на нее и думала: «Отравится или нет? Вроде жива…». Она хвалила их, когда они сами накрывали на стол для чаепития и разливали по блюдечкам варенье. Приглашали ее к столу, она садилась на табуретку и понимала, что ее новая юбка прилипла. И что варенье не только на этой табуретке, но и на полу. — Какой у вас вкусный чай, — нахваливала бабушка Катя. — Можно еще вареньица? — Можно! — радовалась Дуня (третья) и тут же переворачивала полбанки на стол. Бабушка со слезами на глазах хвалила их, когда они помогали ей на даче полоть сорняки и выпалывали половину клубники. — Какие молодцы, — незаметно вытирая глаза, говорила она. — Не грядка, а паркет. Ни одной травинки. И дочки радовались… Как же они радовались! И как хотели еще помогать. Кричали наперебой: «Бабушка, что еще для тебя сделать?». А она улыбалась. И как им нравится помогать второй своей бабушке, моей маме, лепить пельмени. Ей уже не волнует, что девчонки «переведут» фарш с тестом. Наверное, это приходит с годами. Не буду делать глубокомысленных выводов и рассказывать, как нужно воспитывать детей. Каждая мама знает сама. Да и не помудрела я пока для этого. Но жизнь сделала все за меня: у нас четверо детей, и ясно, что без их помощи я просто не справлюсь. Да, пока они научатся, я выпью не один пузырек валерьянки, но другого пути, видимо, нет. Кстати, старшая Варя уже может все! Она моя главная опора и поддержка. Правда, научила ее этому не я. Просто когда рождались ее младшие сестренки, ей пришлось многое делать самой. И ей это нравилось. Детям вообще важно чувствовать, что они могут нам помочь и сделать что-то «взрослое». Мне проще самой погладить белье, чем доверить его Соне, которая преданно заглядывает мне в глаза: — Мама, а можно я? — Да, можно! Как же она сияет. Она же гладит, как взрослая! И тут же прожигает дыру на своей кружевной блузке. А я… Я почти взрываюсь и хочу отнять у нее утюг… но вспоминаю слова моей мамы: «Если бы вернуть все назад!» И бабушки Кати: «Хвали! Даже если хочется плакать!». ♥️ Елена Кучеренко

Я встретила своего школьного учителя через 30 лет. Он жил в доме престарелых и никому не был нужен. Я забрала его к себе Учитель истории, Иван Петрович. Он был строгим, но справедливым. Я не любила его в школе. А когда выросла, поняла, что он научил меня думать. Я узнала, что он в доме престарелых, одинокий, больной. Приехала навестить. Он сидел в кресле, смотрел в стену. Увидел меня – заплакал: «Лена? Ты помнишь меня?» Я помнила. Я сказала: «Иван Петрович, поедемте ко мне». Он испугался: «Что вы, я чужой». Я сказала: «Вы не чужой. Вы мой учитель». Он живёт у нас уже 3 года. Мы с мужем ухаживаем за ним, кормим, возим к врачам. Он играет с моими детьми, рассказывает им про войну, учит истории. Моя дочка говорит: «Дедушка Ваня, вы самый умный». Я смотрю на него и думаю: как хорошо, что я узнала. Как хорошо, что я не прошла мимо.

Когда твоему ребёнку пять, быть хорошей матерью не очень трудно. Достаточно пригласить на чай кукол и повязать бант собаке на хвост. Когда твоему ребёнку пятнадцать, чёрт его знает, как это - быть хорошей матерью. То ли гнать за уроки, то ли не гнать, то ли заработать сто мильёнов денег и отправить учиться за границу, то ли держать поближе к себе. Когда твоему ребёнку пять, его легко утешить, посадив на колени и подув на пальчик. Когда твоему ребёнку пятнадцать и он безутешен, ты - часть мира, в котором нормальному человеку невозможно жить. Когда твоему ребёнку пять, с ним можно говорить о чём угодно. Например, о разведении сурикатов в Тверской области. Когда твоему ребёнку пятнадцать, он хочет говорить про стримера Эдисона, а ты слушаешь и думаешь: "О боги, что за ахинея, они там все кукухой поехали". Когда твоему ребёнку пять, его радует пышное платье с Алиэкспресса. Когда твоему ребёнку пятнадцать, он хочет игровой компьютер, три смены в лагере и аренду лошади. И ты такая - упс. Когда твоему ребёнку пять, с ним можно договориться, чтобы он собрал разбросанное Лего и фантики от конфет. Когда твоему ребёнку пятнадцать, лучше просто не заходить в его комнату. Никогда. Когда твоему ребёнку пять, он есть курочку с макарошками, и все довольны. Когда твоему ребёнку пятнадцать, он заправляет дошик кетчунезом. Когда твоему ребёнку пять, он страшно в тебе нуждается. Когда твоему ребёнку пятнадцать, он страшно в тебе нуждается, только об этом иногда трудно догадаться. Оксана Фадеева

Иван Иванович проснулся. В принципе день уже начинался неплохо. Когда тебе исполняется сто восемнадцать лет, проснуться — считай достижение. Первым делом шёл техосмотр: разомкнул левый глаз — работает, затем правый — замутнён. Промыл, закапал — как новенький. Согнул всё, что гнётся, что не гнётся — смазал. Проверил передний и задний ход, провёл диагностику шеи. Убедившись, что всё поворачивается и хрустит, сделал два притопа, три прихлопа и начал новый день. В восемь часов по расписанию ему звонили из Пенсионного фонда: — Лидочка, здравствуйте, — прохрипел радостно в трубку именинник. — И вам здрасти, Иван Иванович, — грустно поприветствовала его Лидочка, — как ваше самочувствие? — Не могу жаловаться, — улыбался в трубку старик. — Очень жаль, Иван Иванович, мне из-за вас уже пятый выговор в этом году! Сегодня тридцать лет, как вы перестали получать накопительную пенсию и перешли на государственную! — Ну, простите. В этом месяце, я слышал, повышение? — Да, повышение… — голос её сделался совсем печальным как у Пьеро, — а вы, часом, нигде не стороне не подрабатываете?! — решила она попытать удачу. — Нет, к сожалению, денег мне хватает с головой. — Жаль… Всего вам…— она не закончила фразу и положила трубку. В девять часов Иван Иванович садился завтракать со своим праправнуком, который с ним не жил, но всегда открывал дверь своим ключом. Зайдя внутрь, он обычно первым делом занимался замерами. То кухню померит, то ванну. Потом сидит — высчитывает материалы, прикидывает стоимость работ, рисует мебель. Сегодня пришёл без рулетки — забыл. — Возьми на серванте, — предложил Иван Иванович, — от твоего деда ещё осталась, — грустно хихикнул он и налил заварку в чайник. Мужчина лишь тяжело вздохнул и сел есть знаменитую яичницу прапрадеда. В десять часов старик вышел покурить у подъезда. — О! Иваныч, опять смолишь! А ты в курсе, что курение вызывает…— сосед осёкся, глядя на вполне себе живого старца, который курить начал в том возрасте, когда обычно помирают от того, что «вызывает». — А мы вот в Москву собрались сегодня. — А чего там делать? — Покатаемся на метро, сходим на Красную площадь, на Ленина посмотрим, пока не закопали. — А чего на него смотреть-то, Ленин как Ленин. — А ты сам-то видел его? — Да, он как-то приезжал к нам в село. — В гробу?! — Нет. В купе. — Слушай-ка, а тебе сколько лет вообще? — Восемнадцать исполнилось, — жевал старик губами фильтр. — Да иди ты!.. — Ну да, я на второй срок остался. — Ну, с совершеннолетием тебя тогда! — Спасибо, — с этими словами Иванович возвратился домой. В одиннадцать позвонил директор МТС и слёзно просил сменить тариф. Тот, на котором сидел Иван Иванович, существовал уже лишь из-за него одного и в пересчёте на современные деньги ничего не стоил, даже наоборот, МТС ему немного доплачивал. В пять часов Иван Иванович появился в магазине. В день рождения гипермаркет предоставлял скидку, равную возрасту. Иван Иванович взял торт, килограмм бананов и широкоформатный телевизор. На сдачу он вызвал такси и грузчиков. В семь часов позвонили из морга и попросили забрать, наконец, свой страховой полис и тапки. В восемь приехали гости, Иван накрыл на стол, включил новый телевизор, разлил вино. Тосты были очень скупые. Гости не знали, чего желать, потому просто вставали по очереди. В десять часов приехала полиция, чтобы попросить вести себя потише, так как за стеной живут пожилые люди. Дверь им открыл именинник, вызвав у стражей порядке парадоксальный сдвиг восприятия. Спать Иванович лёг ближе к полуночи, когда изнуренное празднеством большинство гостей разъехалось по домам и больницам. Улыбнувшись в пустоту, он снял с пальца и положил под подушку волшебное золотое кольцо, которое все эти годы продлевало ему жизнь. На нём мелкими буквами была выгравирована магическая надпись, сделанная по заказу жены перед её уходом: «живи за нас двоих». Так он и делал. (с) Александр Райн