Женские тайны
MAX ·
— Мам, ну ты правда собралась переть этот свой колхозный торт в приличный загородный клуб? — Алиса брезгливо покосилась на большую коробку на кухонном столе. — У нас там авторский кэнди-бар, столичные фотографы и родители Кирилла. Не позорь меня со своей домашней стряпнёй и вообще... давай ты в ЗАГС завтра не поедешь, а приедешь сразу к банкету и сядешь за дальний столик к родственникам из Твери? У тебя и платья нормального нет, а у нас дресс-код и эстетика.
Вера Павловна молча вытерла руки о полотенце. Две ночи она не спала — лепила из белого шоколада тонкие лепестки для трёхъярусного медовика, который Алиса обожала с детства. Внутри всё будто выжгло ледяным ветром. Чтобы оплатить дочери эту самую «эстетику» и дизайнерское платье со шлейфом, Вера Павловна без единого слова продала покойного мужа золотые часы и взяла на работе ночные смены в пекарне.
— Хорошо, Алиса, — тихо ответила она, аккуратно завязывая ленту на коробке. — Не переживай за свою эстетику. Торт я соседским детям отдам, а завтра у меня как раз смена, не буду мешать.
Алиса только облегчённо вздохнула, подхватила чехол со свадебным туфлями и упорхнула в прихожую, даже не обняв мать на прощание. Вера Павловна опустилась на табурет, глядя на белые шоколадные розы, и впервые за много лет почувствовала такую глухую пустоту, что даже плакать не было сил.
Но на следующее утро, за два часа до росписи, в дверь квартиры вдруг отчаянно заколотили. На пороге стояла Алиса — уже с высокой свадебной причёской, но с размазанной тушью, в наспех наброшенном поверх белой комбинации плаще. Рядом стоял её жених Кирилл, бережно держа в руках бархатный футляр.
— Мамочка, прости меня, дуру набитую! — Алиса бросилась матери на шею, захлёбываясь слезами и совершенно не думая о макияже. — Нам сегодня утром курьер из элитной кондитерской привёз твой медовик! А кондитер позвонила Кириллу и рассказала, что ты месяц назад не только наш торт у них тайно оплатила, но и две недели по ночам бесплатно выходила к ним в цех отрабатывать аренду банкетного зала, когда нам денег не хватило!
Кирилл шагнул вперёд и с уважением протянул Вере Павловне раскрытый футляр, где лежали отцовские золотые часы.
— Вера Павловна, я их вчера в ломбарде у вашего дома выкупил, когда чек в тумбочке нашёл. Никакой свадьбы без вас не будет. Машина внизу ждёт, а за главным столом — ваше место в самом центре.
Алиса, всхлипывая, достала из пакета красивую коробку с шёлковым изумрудным платьем и бережно взяла со стола мамин домашний торт:
— Вот это и будет наш главный свадебный торт, мам. Самый лучший на свете. Пожалуйста, поехали с нами.
Вера Павловна прижала к груди тёплую коробку с часами мужа, посмотрела в заплаканные глаза дочери и тихо улыбнулась, чувствуя, как отступает вчерашняя боль.
