Женские тайны
MAX ·
— Второй человек подойдёт позже? — спросила официантка.
— Да, — ответила Тамара и тут же пожалела.
Никто не должен был подойти. Столик она не бронировала. Просто остановилась у ресторанного окна, посмотрела, как женщина за стеклом накручивает на вилку широкую лапшу, и вошла.
В пятьдесят четыре года Тамара умела одна ездить в другие города, спорить со страховой и вытаскивать застрявший фильтр из стиральной машины. Но попросить столик на одного почему-то оказалось сложнее.
Официантка положила напротив второе меню.
— Тогда пока воду?
— И пасту с грибами.
— Не будете ждать?
— Он… не голодный.
Теперь у выдуманного человека появился пол и отвратительный характер: заставил женщину ждать, а сам даже есть с ней не собирался.
Тамара сняла шарф. Достала телефон и положила рядом, экраном вверх.
После развода прошло полтора года. Друзья приглашали её в гости, дочь звала на выходные. Стоило сказать, что суббота свободна, кто-нибудь непременно находил ей занятие. Тамара соглашалась, чтобы не объяснять: она не всегда хочет быть пристроенной к чужому вечеру.
Сегодня дочь предложила приехать лепить пельмени. Тамара сказала, что встречается с приятельницей. Приятельницы тоже не было. Было желание надеть новые серьги и поесть то, что никто за столом не назовёт «макаронами за такие деньги».
Пасту принесли в глубокой тёплой тарелке. Тамара успела съесть половину, когда у входа увидела соседку по лестничной площадке.
Зоя была с мужем. Он стряхивал капли с зонта, она оглядывала зал.
Тамара взяла телефон и поднесла к уху.
— Да, я уже здесь, — сказала она чёрному экрану.
Зоя её заметила. Помахала, что-то сказала подошедшему официанту. Через минуту они с мужем скрылись в другом зале.
Тамара положила телефон. На серьге расстегнулся замочек. Она сняла её, положила на салфетку и вдруг почувствовала себя нелепо: нарядилась, наврала двум людям, теперь ещё и спектакль разыграла для соседки.
— Всё в порядке с пастой? — спросила официантка.
— Очень вкусно. Только уберите, пожалуйста, второе меню.
Девушка протянула руку.
— Человек не придёт?
— Его нет. Я одна пришла. Зачем сказала — сама не знаю.
Официантка забрала меню и лишний бокал.
— Вам десерт сейчас показать или попозже?
Тамара посмотрела на неё. Ни сочувствия, ни настойчивой бодрости. Обычный вопрос.
— Попозже. Я ещё ем.
Она снова надела серьгу, проверила замочек. Отправила дочери сообщение: «Я в ресторане. Одна. Всё хорошо, просто захотелось».
Ответ пришёл, когда она выбирала между грушевым пирогом и крем-брюле.
«А пельмени завтра заберёшь? Мы размахнулись».
Тамара улыбнулась и написала, что заберёт.
Перед уходом Зоя заглянула к ней.
— Мы тебя увидели, но мешать не стали. Ты так серьёзно по телефону разговаривала.
Тамара провела пальцем по краю блюдца.
— Я притворялась.
— Зачем?
— Стеснялась, что одна ужинаю.
Зоя посмотрела на пустую тарелку из-под пирога.
— А я своему сказала: смотри, Тамара умеет субботу проводить. Мы-то зашли после магазина, я даже пакет с луком в гардероб сдала.
Муж позвал её от входа. Зоя махнула на прощание и ушла.
Когда официантка принесла счёт, Тамара спросила:
— А вот тот маленький столик у окна можно на следующую субботу заказать?
— На сколько человек?
— На одного. На семь вечера.
