Женские тайны
MAX ·
— Мам, мы решили снять, как ты готовишь свой знаменитый пирог.
— Зачем? Он что-то нарушил?
— Для семейного архива. Покажешь рецепт, расскажешь секреты.
Нина Павловна прижала телефон плечом и медленно закрыла морозилку.
— А давайте лучше папу снимем. Он табуретку починил.
— Мам, табуретку никто не просит на каждый праздник.
Это была правда. Капустный пирог Нины Павловны в семье уважали больше некоторых родственников. Внучка однажды написала в школьном сочинении: «Моя бабушка умеет всё, особенно пирог».
Проблема заключалась в тесте.
Его делала не Нина Павловна.
Его делал хлебозавод номер четыре.
Началось всё восемь лет назад. Нина тогда работала, ухаживала за свекровью и однажды перед семейным праздником купила готовое тесто. Просто чтобы успеть поспать.
За столом муж сказал:
— Нинок, сегодня особенно хорошо получилось.
Она собиралась признаться. Но зять уже попросил добавки, дочь — рецепт, а свекровь заметила, что наконец-то Нина научилась правильно вымешивать.
После этого признаться стало как-то сложнее.
Теперь дочь собиралась приехать в субботу с телефоном на палке.
— Это штатив, мама.
— Хоть телескоп. Зачем пирогу отдельное оборудование?
В пятницу Нина купила дрожжи. Решила: сделаю один раз сама, покажу, и все успокоятся.
К вечеру кухня выглядела так, словно в ней задержали мешок муки. Тесто липло к пальцам. В старой тетрадке было написано: «Муки — сколько возьмёт».
Оно брало без стеснения.
Муж заглянул в миску.
— Обои будем клеить?
— Иди, Витя.
— Я только за хлебом.
— Вот и сходи. На хлебозавод. Передай, что я их очень уважаю.
Виктор посмотрел на три испачканные ложки и молча вышел.
Через полчаса вернулся с двумя пачками замороженного теста.
— Твоё было только в дальнем магазине.
Нина вытерла руки.
— В смысле — моё?
— Ну, это. С синей полосой. С красной ты не любишь.
— Ты знаешь?
— Нин, мусор у нас кто выносит?
Она села на табуретку.
— И давно?
— С тех пор, как ты стала упаковки в газету заворачивать. Я ещё удивлялся: зачем мы бесплатные объявления домой носим, если квартиру не продаём?
Нина посмотрела на него, потом на миску.
— Завтра все узнают.
— Про газету?
— Витя!
Он убрал покупки в морозилку, взял миску и потянул ложку из теста. Миска приподнялась следом.
— Это мы показывать не будем, — решил он.
Утром дочь установила штатив. Внучка приготовила блокнот: записывать рецепт.
Нина надела чистый фартук.
— Значит так. Для начала берём тесто.
— Сколько муки? — спросила внучка.
— Нисколько.
Нина достала упаковку и положила перед камерой.
Дочь подняла глаза.
— Покупное?
— Да. Начинку делаю сама. Лук мелко, капусту без крышки, чтобы вода ушла. А тесто покупаю. Восемь лет.
Зять перестал улыбаться.
— Подождите. А вы моей маме что за рецепт дали?
— Из тетрадки. Я раньше по нему пекла.
— Она три раза делала. Папа сказал, у вас нежнее.
Виктор отвернулся к окну. Плечи у него подозрительно затряслись.
Дочь выключила запись.
— Мам, а мне ты почему не сказала? Я по воскресеньям с этим тестом полдня вожусь. Думаю: у тебя получается, а я что, хуже?
Нина сняла фартук, снова надела.
— Хотела, чтобы хоть что-то у меня было такое… знаменитое. Глупость, да?
— Ужасная. Покажи, какую пачку брать.
Дочь сфотографировала упаковку и позвонила свекрови. Нина сама объяснила про тесто, извинилась за потерянное время.
Потом выдала зятю капусту, мужу лук, дочери сковородку.
— Семейный рецепт — всей семьёй и готовим.
Внучка потянулась к штативу.
— Бабуль, включать?
— Включай. Только снимай руки. Дед сейчас будет плакать.
— От счастья, — уточнил Виктор, пододвигая к себе луковицу.
