Fashion
MAX ·
ДОЖДАЛАСЬ?
— Только напишите: ни разу не надевали. А то подумают, что я в нём двенадцать лет ходила.
Женщина положила на прилавок комиссионного магазина зелёное платье в прозрачном чехле. К молнии была привязана бирка. Бумага пожелтела, а ниточка держалась крепко.
Ирина вынула платье. Хорошая ткань, аккуратная подкладка, узкая талия.
— Не подошло?
— Я ему не подошла, — сказала женщина. — Сначала немного. Потом уже убедительно.
Звали её Ларисой. Она купила платье к своему сорокалетию. В магазине оставался один размер, зато скидка была такая, что продавщица понизила голос, будто сообщала государственную тайну.
До дня рождения оставалось два месяца.
— Решила, успею. Муж ресторан заказал, я туфли купила. А платье не застегнулось.
— В другом пошли?
— Никуда не пошли. Я сказала, голова болит.
Лариса стала складывать пустой чехол, попадая сгибом в сгиб.
— Он тогда на кухне всё накрыл. Свечи, салфетки. Даже селёдку переложил из пластиковой банки. А я сидела злая. Он спросит что-нибудь — я огрызаюсь. Потом торт в холодильнике засох.
Ирина проверила швы и назвала цену. Лариса согласилась, но, когда хозяйка потянулась за бланком, накрыла платье ладонью.
— А забрать обратно можно?
— Пока не продано — можно.
— Вдруг всё-таки соберусь.
Ирина отложила ручку.
— Тогда не торопитесь. Я по понедельникам тоже работаю.
Лариса убрала руку.
— Нет. Оформляйте. Я его каждую весну достаю. Уже молнию на ощупь нахожу, за спиной. И всякий раз потом весь день испорчен.
Пока Ирина заполняла бумаги, Лариса прошлась вдоль вешалок. Остановилась у тёмно-синего платья с широким поясом.
— Это какой размер?
Ирина посмотрела бирку.
— Должно подойти. Примерите?
— Мне некуда.
В сумке зазвонил телефон.
— Да, Слав. Хлеб взяла. Нет, не нарезной, который ты любишь… В магазине ещё. Потом расскажу.
Она убрала телефон и потрогала синий рукав.
— Завтра у нас годовщина. Он спрашивал, куда пойдём. Я сказала, давай дома. Картошку пожарим.
Ирина сняла платье с вешалки.
— В примерочной крючок справа. Левый шатается, я всё забываю прикрутить.
За шторкой долго было тихо. Потом:
— У вас зеркало не стройнит?
— Судя по тому, как я в нём выгляжу после обеда, нет.
Лариса вышла без туфель, в одних носках. Пояс висел незавязанным. Она повернулась боком, подтянула живот и тут же шумно выдохнула.
— Сидеть можно?
Ирина пододвинула стул.
Лариса села. Наклонилась за сумкой. Подняла руки, поправляя волосы. На платье ничего не разошлось и не натянулось.
— А карманы есть, — удивилась она.
Встала, сунула в них ладони и впервые посмотрела в зеркало не на талию, а на лицо.
— Беру.
Зелёное осталось в магазине. За синее Лариса заплатила сразу, не дожидаясь продажи. Дома повесила его снаружи шкафа.
Слава нашёл её на кухне за чисткой картошки.
— Красивое. На завтра?
— Да. Если ты ещё хочешь куда-нибудь сходить.
— Хочу. Я столик пока не отменял.
Она положила нож.
— Слав, тогда, на сорок лет, у меня голова не болела.
— Я знаю. Ты после каждой примерки такая выходила.
— А чего молчал?
— Я говорил, что ты мне нравишься. Ты отвечала, что я ничего не понимаю. Потом я перестал.
Лариса провела большим пальцем по мокрой картофелине.
— Ты ведь старался. А я тебе весь вечер испортила.
Он сел рядом и потянул к себе миску.
— Завтра в семь. Успеешь?
— Успею.
На следующий вечер Слава ждал в прихожей, держа два зонта. Лариса вышла в синем платье, застегнула серьги и взяла один.
— Я готова.
Он посмотрел на часы.
— Даже рано.
— Пойдём пешком. Я сегодня могу не торопиться.
