Дочь приехала забрать мать от человека, который много лет разговаривал с ней как с прислугой. Мать отказалась уезжать. Вместо чемодана она попросила привезти папку из старого шкафа
Аня привезла складную кровать во вторник, пока мать была на работе. Поставила её у стены маленькой комнаты, измерила проход, сфотографировала. Получалось тесно, но вдвоём они могли жить, пока мать не найдёт отдельное жильё.
Вечером мать пришла не с чемоданом. Отчим довёз её на машине и даже поднялся в квартиру. Поглядел на кровать, заметил, что у Ани сквозняк, и спросил, когда подадут чай. Аня попросила его уйти. Он пожал плечами и посоветовал матери не задерживаться.
Когда дверь закрылась, мать провела ладонью по новой спинке кровати.
— Ты зря потратилась.
Аня объяснила, что деньги её и решение тоже. Последний разговор с отчимом она слышала по телефону: он выговаривал матери за купленные без разрешения сапоги, пока та шептала, что просто промокла по дороге с работы. Так продолжалось годами. Аня слишком долго считала, что вмешиваться нельзя, раз мать сама не просит.
— Я хочу уйти, — сказала мать. — Но не к тебе.
Ей нужна была папка из шкафа в старой квартире, где они жили до отчима. Квартира теперь сдавалась; ключ оставался у Ани. В папке лежали документы на небольшой дом материных родителей. Мать хотела сначала разобраться с ним.
Они поехали вместе. Папку нашли не сразу: она сползла за нижнюю полку. Внутри лежали договоры, письма и несколько записей о переводах. Аня заметила, что один из листов написан её собственным почерком. Она расписалась за получение крупной суммы денег восемь лет назад, когда заканчивала институт.
— Я никогда этого не получала, — сказала она.
Мать взяла лист и посмотрела на подпись. Аня вспомнила, что в тот год отчим просил подписать какие-то бумаги для ремонта дома. Он уверял, что это формальность и мать всё знает.
— Я знаю теперь, — сказала мать. — Поэтому и не поеду к тебе, пока не разберусь.
