Сестра собралась уехать из эвакуационного общежития и отказалась взять Зою с собой. Девушка решила, что больше ей не нужна. Но чужая женщина принесла их старое пальто и рассказала другую историю
— Тебя не возьму, — сказала Мария. — И спорить не надо.
Зоя стояла у железной кровати с узелком вещей. Ей было девятнадцать, сестре тридцать. Зимой 1942 года они жили в эвакуационном общежитии при фабрике. Зоя работала в прачечной, Мария перешивала одежду и чинила мешки для склада. Их мать умерла перед дорогой, и от неё осталось тёмное пальто с широким воротником. Сестра собиралась уехать утром. Куда — не говорила. Три дня ходила в контору, возвращалась с бумагами, потом принесла билет. Один. Зоя попросила пойти с ней, но Мария ответила, что всё уже решено.
— Ты обещала, что мы будем вместе.
— Я много чего обещала.
Сестра распарывала пальто. Подкладка лежала на коленях, в боковом шве открылась длинная полость. Зоя не понимала, зачем портить единственную тёплую вещь перед дорогой. Мария сказала, что надо уменьшить размер. На столе лежала приготовленная для Зои справка с фабрики. Мария положила её в конверт и велела не потерять. Зоя прочитала, что справка нужна для вечерних занятий. Она ещё не решила идти учиться, но сестра уже отвела ей отдельную дорогу. Это раздражало почти сильнее билета: за неё опять успели выбрать то, что считали правильным.
Позже к сестре пришла незнакомая женщина. Они разговаривали у окна, обе понижали голос. На руках у женщины был мальчик лет пяти. Он смотрел на иглу, следил за каждым стежком. Мария передала пальто, получила небольшой свёрток и спрятала его под матрас.
— Продала? — спросила Зоя, когда женщина ушла.
— Да.
— Мамино?
Мария не ответила. Она достала из ящика старую куртку и принялась чинить рукав. Зоя села на соседнюю кровать. У них было слишком мало вещей, чтобы продажа одной не меняла всё. Пальто помогало спать, идти на работу, вспоминать мать, не разглядывая её единственную фотографию.
Зоя решила обратиться к комендантше. Та сказала, что Мария получила разрешение уехать и никаких вторых билетов у неё нет. Зоя попросила проверить, можно ли отправиться следом. Комендантша ответила, что поездка сестры связана с работой, и посоветовала не делать ей хуже.
Вечером Мария собрала маленький узел. Денег Зое оставила больше, чем можно было получить за старое пальто. Сказала, что утром уйдёт тихо. Зоя отвернулась и не стала прощаться.
После отбоя в дверь постучали. Та же женщина вошла с ребёнком и материнским пальто. Воротник был мокрый, подол зашит другой ниткой.
— Она здесь? — спросила женщина.
Марии в комнате уже не было. Мальчик достал из кармана две картонные бумажки. Зоя развернула их. На обеих стояли фамилии людей, которых она никогда не знала.
