На дегустацию свадебного торта Вера пришла вместо дочери, Антон — вместо сына. Через месяц молодые обсуждали уже не начинку, а то, почему их родители собираются сидеть рядом
На дегустацию торта Лена опоздала на сорок минут и прислала сообщение: «Мам, выбери без меня. Только не морковь».
За соседним столиком сидел мужчина с четырьмя тарелками и таким выражением лица, будто его заставили принимать государственный бюджет.
— Вы от Кости? — спросила Вера.
— Его отец. Антон. А вы, видимо, человек, которому тоже сказали, что это займёт пятнадцать минут.
Они выбрали медовый корж с вишней, отвергли фисташковый крем и через час обнаружили, что продолжают разговаривать, хотя кондитер уже убрала образцы.
Антон позвонил на следующий день. Потом они гуляли, ходили в маленькое кафе и договорились ничего не сообщать детям до свадьбы. Через две недели Лена увидела их вместе сама.
— Мам, ты понимаешь, насколько это всё усложняет?
— Пока усложнился только план рассадки.
План действительно был сложным. Бывший муж Веры должен был сидеть рядом со своей нынешней женой. Антона предполагалось посадить возле бывшей жены Аллы, хотя они не разговаривали дольше трёх минут. Веру оставляли одну.
— Приходи без Виктора, — попросила дочь. — И с Антоном пока тоже давайте не на свадьбе. Один вечер.
— Почему без Виктора?
— Папе будет неприятно.
Виктор был другом Веры, не новым мужем и не соперником её бывшего. Он помогал ей после развода, знал Лену десять лет и уже получил приглашение.
— То есть все должны изображать старую семью, чтобы никому не пришлось признать, что она давно изменилась?
Лена заплакала не громко, а сердито, стирая слёзы ладонью.
— Я просто хочу нормальную свадьбу.
