Сын школьной уборщицы клялся, что ему подбросили шпаргалку. Никто не поверил, пока камера не показала, кто подошёл к его рюкзаку перед экзаменом
— Открой рюкзак, Артём.
Марина Сергеевна сказала это негромко, но в кабинете сразу перестали шуршать листами. Одиннадцатиклассник у последней парты посмотрел на неё так, будто не понял.
— Зачем?
— Открой.
Заместитель директора Виктор Павлович стоял у двери и держал в руке сложенный вчетверо лист. Пять минут назад такой же лист нашли под партой Артёма. На нём были правильные ответы к пробному экзамену, включая задания, которые школа получила утром в запечатанном конверте.
В рюкзаке лежала вторая копия.
— Это не моё, — сказал Артём.
Виктор Павлович усмехнулся:
— Конечно. Само пришло и легло.
Артём был лучшим учеником класса и претендовал на городскую стипендию. Его мать убирала школу по вечерам. С утра она зашла в кабинет вымыть пол, поэтому объяснение казалось готовым: увидела конверт, передала сыну ответы.
— Мама даже не знает, где хранят задания, — сказал Артём.
— Зато ключи у неё есть, — ответил заместитель.
Марина Сергеевна потребовала, чтобы все оставались на местах. Сама отнесла листы директору. Тот уже звонил в районное управление и говорил об аннулировании экзамена.
— Парня придётся отчислить, — сказал Виктор Павлович. — Иначе подставим всю школу.
До заседания комиссии оставалось сорок минут.
Марина вернулась в кабинет и увидела, что Артём сидит один. Остальных вывели в актовый зал. На последней парте кто-то маркером написал «вор».
— Вы тоже думаете, что это я? — спросил он.
Она не ответила. Пятнадцать лет назад Виктор Павлович привёл её в эту школу, защищал перед родителями, помог стать заведующей кафедрой. Но именно он сегодня первым назвал виновного ещё до проверки.
Марина пошла в учительскую и открыла журнал печати. Обе шпаргалки распечатали в 7:42 с её компьютера.
В это время она ехала в автобусе. Компьютер был выключен на пароль, который знала только она.
Техник проверил историю входов.
— Пароль ввели правильно, — сказал он. — И файл удалили.
На двери учительской висела камера. Запись показала, как в 7:39 туда вошла Полина, дочь Виктора Павловича. Она тоже училась в выпускном классе и занимала второе место в рейтинге после Артёма.
Через четыре минуты девушка вышла, прижимая к груди папку.
Марина остановила запись.
— Этого мало. Она могла печатать реферат.
Техник приблизил изображение. На стеклянной двери отразился экран компьютера. Полина вводила пароль.
— Откуда она его знает?
За спиной Марины раздался голос Виктора Павловича:
Марина не стала читать записку вслух. Она попросила детей достать тетради, а сама положила лист в прозрачный файл. На нём не было отпечатка от шариковой ручки — буквы вывели мягким карандашом, зато в левом углу осталась синяя крошка мела. Таким мелом пользовались только в кабинете физики этажом выше.
На перемене Марина поднялась туда и увидела у двери Артёма. Он уверял, что искал потерянный учебник, но зажал в руке обломок синего мела. Когда учительница попросила показать ладонь, мальчик спрятал её за спину. Из пустого класса тем временем донёсся скрип парты.
— От меня.
