За неделю до открытия кафе Лена узнала, что лучшая подруга тайком вышла из общего бизнеса и переписала свою долю. Предательством это выглядело до тех пор, пока к ним не пришёл человек с её паспортом
— Подписывайте одна, — сказал арендодатель. — У вашей партнёрши больше нет доли.
Лена решила, что ослышалась. За стеной рабочий сверлил плитку, и каждое слово приходилось угадывать между резкими ударами.
— У Кати половина бизнеса.
— Была. Она переоформила её на вас.
Александр Борисович достал из папки соглашение. Подпись Кати Лена узнала сразу — широкая, с длинным росчерком. Ниже стояла её собственная фамилия.
— Когда это произошло?
— Во вторник.
Во вторник они вместе выбирали чашки. Катя спорила из-за цвета блюдец, смеялась, заказывала ещё одну коробку и ни словом не обмолвилась, что только что отдала свою часть кафе.
До открытия оставалось шесть дней.
Лена позвонила подруге. Телефон был выключен.
В подсобке на ящике с сиропами лежали ключи Кати и сложенная вдвое записка: «Не ищи меня до понедельника. Всё, что оформлено на тебя, теперь действительно твоё».
— Она всегда такая? — спросил Александр Борисович.
— Какая?
— Сначала подписывает, потом объясняет.
— Нет.
Это была неправда. Катя могла заказать вывеску, не согласовав шрифт, или пригласить музыкантов, когда денег едва хватало на аренду. Но крупные решения они принимали вместе.
Кафе было их общей мечтой ещё с тех времён, когда обе работали официантками в ресторане у вокзала. За десять лет они успели сменить работу, родить детей, развестись и почти отказаться от идеи. Потом нашли небольшое помещение во дворе старого дома и всё-таки решились.
Лена вложила деньги после продажи машины. Катя взяла кредит.
По крайней мере, так она сказала.
Вечером Лена поехала к ней домой. Дверь открыл Игорь, бывший муж Кати. Они развелись три года назад, но он продолжал появляться без предупреждения, привозил сыну подарки и задерживался на кухне дольше, чем его просили.
— Кати нет, — сказал он.
— Где она?
— Сама хотел бы знать.
В прихожей стояли её кроссовки, на вешалке висела куртка. Лена заметила на полу осколки кружки и тёмную полосу на обоях, будто по стене чем-то ударили.
— Что случилось?
Игорь загородил проход.
— Семейные дела.
— Вы три года не семья.
— У нас общий ребёнок.
Из комнаты вышел двенадцатилетний Миша.
— Тётя Лена, мама у бабушки.
Игорь резко повернулся.
— Тебя никто не спрашивал.
Мальчик втянул голову в плечи.
Лена уехала, но к матери Кати не попала: квартира была закрыта, на звонки никто не отвечал.
На следующий день в кафе пришёл мужчина в серой ветровке. Представился Романом и положил на стойку копию Катиного паспорта.
— Мне нужны деньги, которые она вложила в это место.
— Вы кто?
— Человек, у которого ваша подруга заняла восемьсот тысяч.
Лена почувствовала, как ладонь прилипла к холодной столешнице.
— У неё банковский кредит.
— Банк ей отказал. Деньги дал я.
