Двадцать лет Марина считала, что старшая сестра бросила семью: уехала с мужчиной, не приехала на похороны матери и даже не позвонила, когда отец перенёс инсульт. Но после смерти отца все изменилось
После похорон отца сестра подошла ко мне возле кладбищенских ворот и спросила:
— Ключи от квартиры у тебя?
Я даже не сразу ответила.
Двадцать лет Аня почти не появлялась в нашей жизни. Не приезжала на дни рождения, не звонила отцу на Новый год, не видела, как росли мои дети. Когда у папы случился первый инсульт, я написала ей сама.
«Если хочешь его увидеть, приезжай».
Она прочитала сообщение и ничего не ответила.
А теперь стояла передо мной в чёрном пальто и спрашивала про ключи.
— Зачем они тебе?
— Мне нужно забрать одну вещь.
— Какую?
— Личную.
Я посмотрела на неё и впервые за весь день почувствовала настоящее раздражение.
— У тебя двадцать лет было, чтобы забрать свои вещи.
Аня поправила ремень сумки.
— Марин, пожалуйста. Я не хочу ругаться.
— Конечно. Ты вообще не любишь ничего неприятного. Проще исчезнуть.
Она побледнела, но отвечать не стала.
Мы были почти погодками. В детстве спали в одной комнате, менялись одеждой и врали родителям друг за друга. Аня была старше на два года и до моего десятого класса оставалась человеком, которому я рассказывала всё.
Потом ей исполнилось девятнадцать.
Она познакомилась с музыкантом из Петербурга, собрала сумку и уехала.
Отец воспринял это как предательство.
Сначала ждал, что вернётся. Потом снял со стены её фотографии и запретил произносить дома её имя.
Я тогда злилась на него.
А через несколько лет начала злиться на неё.
Потому что отец старел, мама болела, потом умерла, а Аня не приехала даже на похороны.
Я осталась одна.
И вот теперь, когда отца тоже не стало, сестра вернулась.
— Хорошо, — сказала я. — Завтра в десять. Я тоже буду.
Она кивнула.
На следующий день мы встретились возле дома.
В квартире всё ещё пахло отцовскими лекарствами и крепким чаем. На спинке кресла лежал его клетчатый плед, возле телевизора стояли очки.
Аня остановилась в прихожей.
— Он так и не сделал ремонт.
— Не хотел.
Она провела пальцами по старой вешалке.
— Мама её ненавидела.
— Ты помнишь?
Аня посмотрела на меня.
— Я многое помню.
Она сразу пошла в коридор и остановилась возле маленькой кладовки.
— Здесь?
— Что здесь?
— Папин железный ящик.
Я не понимала, о чём она говорит.
Аня открыла дверь. За пылесосом и банками с краской действительно стоял небольшой металлический ящик с замком.
Я видела его сотни раз и считала, что отец хранит там инструменты.
Сестра достала из сумки маленький ключ.
— Откуда он у тебя?
— Мама дала.
— Когда?
— Перед смертью.
Я почувствовала, как раздражение возвращается.
— Ты даже на её похороны не приехала, зато ключ забрала?
Аня сжала его в ладони.
— Я приезжала.
— Что?
— В день похорон. Просто не заходила.
— Зачем ты врёшь?
Она ничего не ответила и вставила ключ в замок.
В ящике не было ни денег, ни документов на квартиру.
Там лежали письма.
