Два месяца муж почти каждую субботу ездил «помогать матери». Всё выглядело совершенно обычно, пока свекровь случайно не сказала, что уже давно его не видела
Когда муж сказал, что в субботу снова поедет помогать матери, я ничего не заподозрила.
Свекрови было семьдесят два, она жила одна за городом и в последние месяцы действительно часто просила Сергея приехать: то кран потёк, то лекарства закончились, то нужно было отвезти её в поликлинику.
— Вернусь к вечеру, — сказал он, допивая кофе.
— Купи ей фруктов. Я вчера звонила, она жаловалась, что совсем аппетита нет.
Сергей замер с чашкой в руке.
Всего на секунду.
— Ты вчера ей звонила?
— Да. А что?
— Ничего.
Он поставил чашку в раковину и ушёл одеваться.
Странным мне показался не вопрос, а то, что после него Сергей стал торопиться. Забыл телефон на тумбочке, вернулся за ним, дважды проверил карманы и ушёл, не поцеловав меня, хотя за двадцать один год брака это превратилось почти в привычку.
Через час позвонила свекровь.
— Леночка, ты не помнишь, какие таблетки мне врач от давления поменял?
Я назвала наименование и между делом спросила:
— Сергей уже приехал?
— А он собирался?
Я сначала решила, что она забыла.
— К тебе. Сказал, помочь надо.
— Нет, милая. Я его сегодня не ждала.
После разговора я ещё минут десять убирала кухню. Протёрла и без того чистую столешницу, сложила полотенце, поставила чашку Сергея в посудомойку.
Можно было позвонить ему сразу.
Я не позвонила.
Наверное, потому что боялась услышать слишком знакомое объяснение про работу, друга или внезапные дела.
Последние два месяца Сергей уезжал к матери почти каждую субботу.
Я открыла банковское приложение.
У нас были отдельные карты, но общий накопительный счёт. Именно с него мы откладывали деньги на ремонт кухни.
За два месяца Сергей снимал наличные пять раз.
Сорок тысяч.
Тридцать.
Ещё сорок.
Всего сто восемьдесят тысяч рублей.
Вечером он вернулся около семи. Привёз пакет яблок и банку мёда.
— Мама передала, — сказал он.
Я посмотрела на пакет.
— Я сегодня с ней разговаривала.
Он медленно снял куртку.
— И?
— Она сказала, что тебя не видела.
Сергей несколько секунд возился с молнией на кармане, хотя та уже была расстёгнута.
— Лена, давай не сегодня.
— Хорошо. Тогда завтра расскажешь, куда ты ездил последние два месяца и зачем снял со счёта сто восемьдесят тысяч.
Он сел прямо на банкетку в прихожей.
— Ты проверяла счёт?
— Это наш счёт.
— Я верну деньги.
— Кому ты их отдаёшь?
Он поднялся и прошёл на кухню. Я пошла за ним.
— У тебя кто-то есть?
— Нет.
Ответил сразу. Даже слишком спокойно.
— Тогда покажи телефон.
— Не буду.
Вот тут мне стало по-настоящему не по себе.
Сергей никогда не прятал телефон. Мы знали пароли друг друга хотя бы потому, что постоянно просили что-нибудь посмотреть или ответить на звонок за рулём.
— Значит, всё-таки женщина.
— Я сказал, что нет.
— Тогда что ты скрываешь?
Он долго смотрел на меня, потом произнёс:
— Есть вещи, которые я обещал тебе не рассказывать.
Я даже усмехнулась.
— Мне?
— Да.
— Кому ты мог пообещать скрывать что-то от собственной жены?
Сергей не ответил.
На следующий день он снова уехал.
Я поступила так, как раньше считала унизительным: села в машину и поехала следом.
