Успешный адвокат и автомеханик. Родные братья, которые ненавидели друг друга с юности. Отец оставил им в наследство дом, но с одним условием: они должны продать его вместе
Максим припарковал свой черный «Мерседес» у покосившегося забора и поморщился. Он не был здесь десять лет. Дом детства выглядел еще более жалким, чем в его воспоминаниях. Краска облупилась, крыльцо просело.
У калитки уже стояла старая «Нива» брата.
Они с Лешкой не разговаривали с того самого дня, как Максим уехал в Москву, бросив отца и брата разбираться с долгами после маминой болезни. Лешка остался, выучился на механика, тянул отца. Максим стал корпоративным юристом, женился на дочери партнера и вычеркнул прошлое из жизни.
Они встретились неделю назад на похоронах. Молча постояли у могилы. А потом нотариус огласил завещание: дом делится пополам, но продать его они могут только вместе, лично разобрав все вещи. «Не наймете людей, а сами разберете. Руками», — так было написано в бумаге.
Лешка ждал на крыльце. В замасленной куртке, хмурый, с сигаретой в зубах.
— Приехал, москвич, — сплюнул он. — Ну, пошли. Чем быстрее этот хлам выкинем, тем быстрее я тебя больше не увижу.
Они начали с чердака. Пыль стояла столбом. Максим брезгливо перебирал старые журналы, Лешка молча кидал в мешки сломанные стулья и ржавые инструменты. Напряжение между ними можно было резать ножом.
— Ты всегда любил сбегать, когда нужно было работать руками, — бросил Лешка, швыряя очередную коробку. — Как тогда, с долгами.
— Я уехал строить карьеру, чтобы не сгнить в этой дыре, как ты! — огрызнулся Максим. — И, между прочим, я каждый месяц переводил отцу деньги!
Лешка замер. Медленно повернулся.
— Какие деньги?
— По пятьдесят тысяч. Десять лет подряд. Чтобы вы тут с голоду не пухли.
Лешка усмехнулся. Смех был злым, лающим.
— Ты врешь. Отец жил на пенсию и мою зарплату. Мы мясо ели по праздникам.
Максим побледнел. Он достал телефон, открыл банковское приложение и ткнул экраном в лицо брату. История переводов. Каждый месяц, первого числа. Десять лет.
Лешка смотрел на экран, и его лицо менялось. От злости к непониманию.
— Куда… куда он их девал? — прошептал он.
В этот момент Максим споткнулся о старый фанерный ящик, задвинутый в самый темный угол под стрехой. Крышка отвалилась. Внутри лежали стопки банковских квитанций, какие-то медицинские выписки и толстая тетрадь в клеточку.
Максим поднял тетрадь, открыл первую страницу и и почувствовал, как пол уходит из-под ног.
