Ремонтируя обувь, старый мастер нашел тайник в каблуке. Внутри лежала карта с крестиком. Он пошел по следу, уверенный, что найдет клад. Но то, что он откопал под старым дубом, изменило историю целой семьи
Старый сапожник Матвей Ильич повидал на своем веку немало обуви. Но такие ботинки ему принесли впервые.
Тяжелые, офицерские, из настоящей яловой кожи. Их принес молодой парень — сказал, что нашел на чердаке дедовского дома и хочет отреставрировать на память.
Матвей Ильич взялся за работу. Кожа пересохла, подошва окаменела. Когда он начал отрывать старый наборный каблук правого ботинка, нож соскользнул. Каблук отвалился целиком, и мастер замер.
Внутри каблука была аккуратно вырезана ниша. А в ней лежал туго свернутый, пожелтевший от времени листок бумаги, перевязанный суровой ниткой.
Руки Матвея Ильича задрожали. Он развернул листок. Это была карта. Нарисованная от руки, с ориентирами: «Старая мельница», «Овраг», «Три сосны». И в самом конце, под корнями большого дуба — красный крестик. На обороте выцветающими чернилами было написано: «Спрятал самое ценное. 1941 год».
Сердце старика забилось быстрее. Клад? Фамильные драгоценности, спрятанные перед уходом на фронт?
Матвей Ильич знал эти места. Деревня, где жил дед парня, находилась всего в тридцати километрах. Взяв выходной, сапожник вооружился лопатой, сел на старую «Ниву» и поехал по координатам.
Он нашел и остатки мельницы, и овраг, и те самые три сосны, которые давно стали огромными деревьями. А за ними стоял вековой дуб.
Матвей Ильич начал копать прямо под корнями, там, где был крестик на карте. На глубине полуметра лопата звякнула обо что-то металлическое.
Он опустился на колени и дрожащими руками очистил от земли ржавую жестяную коробку из-под леденцов. Замок давно сгнил, крышка поддалась легко.
Старик открыл коробку, ожидая увидеть блеск золота или тусклое серебро монет. Но то, что лежало внутри, заставило его выронить коробку из рук.
