Каждую пятницу она приходила на вокзал. Аккуратно одетая старушка стояла на перроне и всматривалась в лица пассажиров. Все думали, что она ждет сына. Но правда оказалась гораздо сложнее
Анна Васильевна была местной достопримечательностью железнодорожного вокзала нашего небольшого города. Каждую пятницу, ровно в 17:45, она появлялась в зале ожидания. Всегда в одном и том же сером пальто, с аккуратно повязанным платком на голове и стареньким ридикюлем в руках.
Она не суетилась, не толкалась в очередях за билетами. Она просто выходила на второй перрон, садилась на деревянную скамейку и ждала. В 18:00 прибывал скорый поезд из столицы. Когда он останавливался, с шипением выпуская пар, Анна Васильевна вставала и начинала внимательно вглядываться в лица выходящих пассажиров.
Она стояла так, пока перрон не пустел. Затем тяжело вздыхала, поправляла платок и медленно шла к выходу. И так каждую пятницу. Год за годом.
Максим, молодой дежурный по станции, работал здесь всего полгода. Он был парнем бойким, любопытным, и эта старушка не давала ему покоя.
— Михалыч, а кого она ждет? — спросил он как-то у старого обходчика путей.
Михалыч махнул рукой.
— Да кто ж ее знает. Говорят, сына. Он уехал лет пятнадцать назад, да так и не вернулся. Вот она и ходит, умом, видать, тронулась от горя.
Максиму стало жаль Анну Васильевну. В следующую пятницу, когда она снова стояла на пустеющем перроне, он решил подойти.
— Здравствуйте, — вежливо сказал он, снимая фуражку. — Я тут недавно работаю. Максим меня зовут. Вы, наверное, кого-то ждете? Поезд уже ушел, может, я могу чем-то помочь? Посмотреть списки пассажиров?
Анна Васильевна посмотрела на него. У нее были удивительно светлые, ясные глаза, совсем не похожие на глаза сумасшедшей.
— Здравствуй, Максим, — тихо ответила она. — Спасибо за заботу. Но списки не помогут.
— Вы ждете сына? — осторожно спросил он.
Она покачала головой.
— Нет. Мой сын погиб двадцать лет назад.
Максим опешил.
— А кого же тогда? Мужа?
— И муж умер давно, — так же спокойно ответила она.
— Но… зачем же вы тогда приходите сюда каждую пятницу? — не выдержал Максим.
Анна Васильевна отвернулась и посмотрела вслед ушедшему поезду.
— Я жду человека, который обещал мне кое-что вернуть.
Она не стала больше ничего объяснять. Развернулась и медленно пошла прочь.
С того дня Максим потерял покой. Что это за человек? Что он должен вернуть? Деньги? Какую-то ценную вещь? Эта загадка не давала ему спать. Он начал расспрашивать старожилов станции, но никто ничего не знал. Все только пожимали плечами: ходит бабка и ходит, никому не мешает.
Прошло несколько месяцев. Наступила зима. Пятницы стали холодными, ветреными. Но Анна Васильевна по-прежнему приходила. Максим часто выносил ей горячий чай в пластиковом стаканчике. Она благодарила, пила чай, но на расспросы больше не отвечала.
Однажды в пятницу разыгралась страшная метель. Поезда задерживались. Скорый из столицы опоздал на два часа. Анна Васильевна стояла на пронизывающем ветру, съежившись от холода. Максим уговаривал ее зайти в теплое помещение, но она упрямо мотала головой.
Наконец, поезд прибыл. Пассажиры, кутаясь в воротники, быстро разбегались по домам. Перрон опустел. Анна Васильевна, как всегда, тяжело вздохнула и уже собиралась уходить, когда из последнего вагона показался мужчина.
Он был одет легко, не по погоде. В руках у него был старый, потертый чемодан. Он неуверенно огляделся по сторонам и вдруг заметил Анну Васильевну.
Он остановился. Она тоже замерла.
