Свекровь жила у нас полгода и командовала всем. Я молчала. А потом муж услышал один разговор по телефону
Свекровь приехала в октябре. Муж сказал — мама, поживёт пока у нас, ей одной тяжело. Я кивнула. А что тут скажешь?
Галина Степановна человек основательный. Зашла, осмотрелась, а на второй день переставила мебель в гостиной — так лучше, говорит. На третий объясняла мне, как правильно варить суп. На четвёртый сказала, что я неправильно глажу рубашки Андрею.
Андрей всего этого просто не замечал.
Я молчала. Я вообще человек негромкий. Думала — полгода, не вечность. Потерплю.
Терпела. Улыбалась за столом, уступала на кухне, соглашалась когда не соглашалась.
В марте Галина Степановна засобиралась домой. Я помогла собрать чемодан, вызвала такси, обняла на прощание.
А потом зашла на кухню, позвонила подруге — и выговорила всё. Всё за полгода, одним выдохом. Без остановки.
Я не знала, что Андрей стоит в коридоре.
Он не вошёл. Просто стоял.
Я обернулась — и осеклась на полуслове. Телефон ещё был у уха.
— Андрей…
— Продолжай, — говорит. Тихо, без выражения.
Я положила трубку.
Мы смотрели друг на друга. Он в дверях, я у окна.
— Давно? — спрашивает.
