«Народный храм»: самое массовое самоубийство
В середине 1950-х годов молодой пастор Джим Джонс основал в Индианаполисе «Народный храм» — церковь, которая обещала расовое равенство и социальную справедливость. Через два десятилетия эта организация превратилась в тоталитарную секту, а её финал стал самым страшным в истории.
В ноябре 1978 года в джунглях Гайаны погибли 909 человек. Это событие часто называют массовым самоубийством, но дети не совершают суицид, поэтому правильнее говорить о массовом убийстве, которое закончилось смертью лидера. Главный вопрос заключается в том, как обычные люди вообще дошли до такого.
Всё началось с Джима Джонса, который родился в Индиане в 1931 году. Его детство было тяжёлым: одинокий мальчик, обделённый вниманием родителей, предпочитал играть не в солдатиков, а в Гитлера. При этом он активно участвовал в церковной жизни и быстро усвоил главный урок: религия даёт власть, а власть строится на умении убеждать.
Позже он увлёкся Марксом и Лениным, что сделало его проповеди странной смесью социализма и религиозного театра. Но у Джонса был козырь, который привлекал людей: в эпоху расовой сегрегации он, белый пастор, создал полностью интегрированную церковь и казался святым.
Перелом наступил, когда Джонс решил, что утопия возможна только в полной изоляции. Он арендовал огромный участок джунглей в Гайане и перевёз туда ядро своей общины. Именно там «Народный храм» перестал быть церковью и превратился в тоталитарную машину.
Джонс установил тотальную слежку: динамики висели по всему поселку и транслировали его голос круглосуточно, а членов секты заставляли доносить друг на друга, после чего эти признания использовались для публичного унижения любого, кто пытался ослушаться.
Самым страшным инструментом стали репетиции смерти. Джонс регулярно будил людей среди ночи с криком о том, что посёлок окружают враги. Охрана открывала стрельбу в воздух, затем раздавались стаканы с напитком, который все считали ядом. Люди пили и падали на землю, ожидая смерти, а через час их поднимали с объявлением, что они прошли тест на лояльность. Такие репетиции повторялись десятки раз и постепенно разрушали инстинкт самосохранения: мозг переставал воспринимать стакан с ядом как угрозу.
Важно понимать, что последователи Джонса не были безумцами. Это были обычные люди, в основном бедные и пожилые, которым внушали, что внешний мир — фашистский зверь, а внутри посёлка — рай. Их заставляли благодарить за голодный паёк и каторжный труд, стирая грань между правдой и словами вождя. Психологи называют это двойной реальностью.
В ноябре 1978 года в поселок прилетел конгрессмен, чтобы проверить слухи о насилии, и люди Джонса застрелили его и ещё четверых. Понимая, что возмездие неизбежно, лидер отдал приказ о самоубийстве. Младенцам яд впрыскивали шприцами, детям постарше наливали из общего ведра, а взрослых охрана заставляла пить под дулами винтовок. Сам Джонс погиб от пули в голову — следствие так и не выяснило, сам он выстрелил или кто-то из приближённых.
