Через неделю Сергей съехал.
Сказал, что ему нужно время разобраться в себе.
Марина не удерживала.
Первые дни она жила словно во сне.
Утром собирала детей в школу. Днём работала. Вечером готовила ужин.
А ночью лежала в темноте и пыталась понять, в какой момент её жизнь превратилась в чужую.
Больше всего мучили воспоминания.
Вот они на море. Сергей обнимает её за плечи.
Вот он дарит ей цветы на годовщину.
Вот они вместе выбирают обои в спальню.
Было ли это настоящим?
Или он уже тогда думал о другой?
Однажды Марина открыла семейный альбом и просидела над ним до четырёх утра.
А потом закрыла.
Потому что поняла: прошлое не перестало быть настоящим только из-за того, что Сергей испортил настоящее.
Через три месяца Сергей позвонил.
— Марин, можно я приеду? Поговорить надо.
Она согласилась.
Он появился с цветами. С теми самыми белыми хризантемами, которые она всегда любила.
Похудевший, уставший, какой-то непривычно тихий.
— Я совершил огромную ошибку, — сказал он.
Марина поставила чайник.
— С ней не получилось?
Сергей вздрогнул.
— Почему ты так говоришь?
— Потому что, если бы получилось, ты бы сейчас здесь не сидел.
Он долго молчал.
Потом признался.
Они действительно стали жить вместе. Сначала всё было прекрасно.
Рестораны, прогулки, поездки за город.
А потом началась обычная жизнь.
Оказалось, что его новая любимая не собирается каждый день готовить. Не любит, когда он разбрасывает вещи. Хочет внимания, подарков и совместных выходных.
А ещё её раздражало, что Сергей постоянно ездит к детям.
Однажды она сказала:
— Может, хватит уже мотаться к своей бывшей семье?
И Сергей вдруг понял, что никакой новой идеальной жизни не существует.
Есть просто жизнь.
В которой тоже приходится договариваться, уступать и думать не только о себе.
— Я всё понял, Марин. Я хочу домой.
Она посмотрела на него.
На знакомые руки.
На седину у висков.
На человека, с которым когда-то мечтала состариться.
— А знаешь, что самое обидное? — спросила она. — Я ведь тебя ждала.
Он поднял голову.
— Правда?
— Первый месяц. Каждый день ждала. Думала, сейчас позвонишь, скажешь, что всё осознал. Я даже представляла, как мы будем мириться.
Сергей придвинулся ближе.
— Так давай попробуем…
— А потом я перестала ждать.
Он замер.
— Я научилась засыпать без тебя. Перестала вздрагивать от каждого звонка. Перестала искать в себе недостатки, из-за которых ты ушёл.
Марина посмотрела ему прямо в глаза.
— И знаешь, что я поняла? Я была хорошей женой. Не идеальной, но хорошей. И мне больше не нужно это доказывать.
— Ты меня больше не любишь?
Она задумалась.
— Наверное, какая-то часть меня всегда будет тебя любить. Семнадцать лет не вычеркнешь. Но жить с тобой я больше не хочу.
Сергей заплакал.
Впервые за все годы их брака.
Марине стало его жалко.
Но жалость оказалась совсем не похожа на желание вернуть человека.
Прошёл год.
Они официально развелись.
Сергей регулярно виделся с детьми, помогал деньгами. Иногда привозил Марине продукты, хотя она об этом не просила.
Однажды сын спросил:
— Мам, а если папа очень сильно извинится, вы снова будете вместе?
Марина обняла его.
— Нет, солнышко. Иногда люди могут простить друг друга, но уже не могут жить вместе.
— А ты его простила?
Она немного подумала.
— Я больше на него не злюсь. Наверное, это и есть прощение.
А прошлой весной Марина случайно встретила Сергея в супермаркете.
Он стоял возле холодильника с молочными продуктами и растерянно изучал упаковки творога.
— Марин, привет! — обрадовался он. — Слушай, а какой творог мы раньше покупали? Помнишь, мне нравился такой, зернистый…
Она улыбнулась.
— Серёж, мы уже почти два года не живём вместе. Пора тебе самому запомнить, какой творог ты любишь.
Он тоже улыбнулся, но как-то грустно.
Потом сказал:
— Ты хорошо выглядишь.
— Спасибо.
— Счастливая?
Марина посмотрела на свою тележку. Там лежали клубника, свежий хлеб, цветы и маленький торт.
Сегодня у неё был выходной.
Дети уехали к бабушке.
