«Бабушка, а ты меня узнаёшь?»
— Мам, ты зачем опять хлеб под подушку положила?
Нина стояла посреди комнаты с засохшим кусочком батона в руке.
— На потом, — тихо ответила старушка. — Вдруг завтра не будет.
— Мамочка, ну что ты такое говоришь? У нас полный холодильник!
— Сегодня полный, а завтра кто его знает…
Нина хотела возразить, но промолчала.
Её маме, Анне Павловне, исполнилось восемьдесят шесть. Последний год она сильно сдала. Раньше была бойкой, громкой, любила командовать и даже в восемьдесят сама ездила на рынок.
А теперь могла полчаса искать тапочки, которые стояли возле кровати.
И всё чаще путала настоящее с прошлым.
В молодости Анна Павловна была строгой матерью.
Никогда не сюсюкала, редко обнимала. Любовь у неё выражалась иначе: чистыми рубашками, горячими щами и носками, связанными к зиме.
Детей было трое — Нина, Валера и младшая Света.
Все выросли, разъехались. У каждого семья, работа, свои заботы.
Когда отец умер, мать ещё долго жила одна. Категорически отказывалась переезжать.
— Я в своём доме хозяйка. А у вас буду приживалкой.
Но однажды соседка позвонила Нине.
— Заберите мать. Она вчера вышла за хлебом и дорогу домой забыла. Я её возле остановки нашла.
После этого Нина перевезла маму к себе.
И началась совсем другая жизнь.
Первые месяцы были тяжёлыми.
Мама постоянно собиралась домой.
— Мне корову кормить надо!
— Мам, какую корову? Её сорок лет уже нет.
— А кто тогда её подоит?!
Иногда Анна Павловна просыпалась ночью и звала своего давно умершего мужа.
— Коля! Коль, ты где? Дрова-то принёс?
Нина садилась рядом, гладила её по плечу.
— Мам, папы давно нет.
Старушка смотрела непонимающе.
А потом плакала так горько, словно только что узнала о его смерти.
Нина перестала напоминать.
Теперь просто отвечала:
— Всё хорошо, мам. Дрова на месте. Спи.
Брат Валера приезжал по субботам. Мыл маму, стриг ногти, менял постельное бельё. Света привозила домашнюю еду и сидела с ней, когда Нине нужно было уйти.
Никто из них не представлял, что когда-нибудь их сильная, властная мать станет такой маленькой и беззащитной.
Однажды Нина задержалась на работе.
Когда вернулась, увидела странную картину.
Мама сидела за кухонным столом. Перед ней лежали три маленькие тарелки, на каждой — по кусочку хлеба с маслом.
— Мам, ты что делаешь?
— Детей жду.
— Каких детей?
— Своих. Нинку, Валерку и Светку. Из школы скоро придут. Голодные ведь…
Нина почувствовала, как к горлу подступил ком.
Она села напротив.
— Мам, а Нинку ты любишь?
Старушка даже удивилась.
— Конечно, люблю. Она у меня старшая. Всё понимает. Только я ей редко говорю… Некогда всё было.
— А Валерку?
— Ох, Валерка… Шалопай! Но сердце у него доброе.
— А Светку?
— Маленькая моя… Всё кажется, что она ещё с косичками бегает.
Нина молчала.
Мать смотрела куда-то в окно и вдруг добавила:
— Лишь бы они выросли хорошими людьми. А больше мне ничего не надо.
Через неделю у Анны Павловны случился приступ слабости. Она перестала вставать с кровати.
Врач осмотрел её, назначил лечение, предупредил, что восстановление может быть долгим.
Дети составили график, чтобы мама никогда не оставалась одна.
Валера, здоровенный мужчина шестидесяти лет, научился осторожно поворачивать мать, поправлять подушки, кормить её с ложечки.
Однажды она посмотрела на него и спросила:
— Молодой человек, а вы кто?
Валера застыл.
— Мам, это я. Валера.
Она долго вглядывалась в его лицо.
— Нет… Мой Валерка маленький. У него ещё зуб передний выбит.
Валера отвернулся к окну.
А потом вдруг улыбнулся и показал старый скол на переднем зубе.
— Смотри, мам. Так и не починил.
Старушка прищурилась.
И вдруг засмеялась.
— Валерка! Господи, какой же ты старый стал!
Он рассмеялся вместе с ней.
А когда вышел в коридор, долго стоял, закрыв лицо ладонями.
Самое удивительное произошло в конце октября.
Света приехала с десятилетней внучкой Машей.
