«Я думала, мы просто соседи. А оказалось, она решила выжить меня из собственной квартиры…»
Когда мы с мужем купили квартиру, я плакала от счастья. Двенадцать лет по съёмным углам, двое детей, вечные переезды. И вот наконец своё жильё.
Дом старенький, пятиэтажка, зато двор зелёный, школа рядом, соседи вроде приличные.
Особенно мне понравилась женщина напротив — Валентина Павловна. Лет шестидесяти пяти, всегда аккуратная, приветливая.
— Ой, какие молодые! Детишки есть? Заходите, если что. Я тут всех знаю!
Первое время она действительно казалась подарком. То пирожков принесёт, то посылку примет, то расскажет, где дешевле овощи купить.
А потом началось.
Однажды вечером она постучала к нам.
— Леночка, ты уж не обижайся, но дети у тебя очень шумные. У меня давление.
Я извинилась. Хотя дети в тот вечер вообще были у бабушки.
Через неделю на двери появилась записка: «УВАЖАЙТЕ СОСЕДЕЙ!»
Потом кто-то стал жаловаться участковому, что у нас по ночам шумные компании.
Мы с мужем переглядывались. Какие компании? Он в шесть утра на работу, я к десяти уже сплю.
Но настоящий кошмар начался, когда мы отказались дать Валентине Павловне ключи от квартиры.
— А вдруг трубу прорвёт? — возмутилась она. — У меня от всех соседей ключи есть!
— Спасибо, но мы сами справимся.
Она тогда так посмотрела на меня, что я впервые почувствовала что-то неприятное.
Через месяц со мной перестала здороваться половина подъезда.
На детской площадке две женщины замолчали, когда я подошла. А однажды соседка с третьего этажа не выдержала:
— Лена, ну ты бы хоть постеснялась. Муж-то у тебя хороший человек.
Я опешила.
— А что случилось?
— Да весь дом знает, что к тебе мужчина ходит, пока муж на работе!
Я чуть пакет с продуктами не выронила.
Оказалось, Валентина Павловна рассказывала всем, что видела у нас любовника. И что дети якобы предоставлены сами себе.
Тем самым «любовником» был мой родной брат, который помогал собирать мебель.
Я пошла к ней.
— Зачем вы это говорите?
Она даже не смутилась.
— А ты докажи, что неправда! Я ведь своими глазами видела.
После этого жизнь превратилась в войну.
То мусор под дверью, то окурки в почтовом ящике. Кто-то испортил коврик. Муж поставил камеру, и однажды мы увидели, как Валентина Павловна специально высыпает землю из цветочного горшка прямо перед нашей дверью.
Муж хотел идти разбираться, но я остановила.
— Не надо. Она только этого и ждёт.
А однажды младшая дочь вернулась из школы в слезах.
— Мам, а правда, что папа нас бросит, потому что ты плохая?
У меня внутри всё оборвалось.
Оказалось, Валентина Павловна встретила её возле подъезда и сказала:
— Ты маме передай, что всё тайное становится явным.
В тот вечер муж впервые сказал:
— Лен, давай продадим квартиру. Я больше не могу смотреть, как ты плачешь.
Я разозлилась.
— Это наша квартира! Мы за неё ипотеку платим! Почему мы должны уходить из-за какой-то сумасшедшей соседки?
Но через две недели случилось то, после чего я сама начала искать новое жильё.
В субботу утром к нам пришли сотрудники опеки.
Поступило заявление. Анонимное.
В нём было написано, что дети постоянно голодные, дома антисанитария, мать злоупотребляет алкоголем, а отец избивает семью.
Старшая дочь стояла в коридоре и дрожала.
Я показывала холодильник, детские комнаты, документы. Пыталась держаться спокойно, но руки тряслись.
Когда сотрудники ушли, я села на кухне и разрыдалась.
А вечером Валентина Павловна встретила меня у лифта.
— Ну что, Леночка, приходили гости? — спросила она с улыбкой.
И тут я всё поняла.
— Это вы написали?
Она наклонилась ко мне и тихо сказала:
— Нечего было со мной ссориться. Я здесь сорок лет живу. А вы кто такие?
Через три месяца мы продали квартиру.
Потеряли деньги на ремонте, заплатили риелтору, взяли ипотеку побольше. Но я была счастлива, когда в последний раз закрывала ту дверь.
В день переезда Валентина Павловна вышла на площадку.
— Ну вот, видишь, Леночка. А говорила, никуда не уедете.
Я промолчала.
