«Слышь, старлей, вали отсюда, не мешай». История Медоеда. Часть 2
Два дембеля демонстративно вскрыли вены прямо в расположении. Капитан-медик их штопает, а молодой замполит пытается понять, почему они это сделали. Ответ оказался прост: довёл начальник штаба батальона. В. Как молодой офицер начал службу в разведбате с чужого залёта, почему его прозвали «Комиссаром» и «Конём», кого отбирают в РДР и как новосибирец учил его стрелять из КПВТ, издеваясь и ставя незаметно предохранитель. Вторая часть интервью.
Читать часть 1 тут
Медоед: Продолжаем. Пришёл я в ОРБ на должность заместителя командира разведывательно-десантной роты по воспитательной работе — единственная свободная прыгающая должность в разведбате. Проще говоря, замполит. Ну, так мой отец про это племя говорил. А папа — это ПАПА!!! Он знает, о чём говорит.
Так вот, с учётом воспитания и моего желания я не был замполитом. Первый день в ОРБ: я представился комбату, он меня — роте. И после батальонного развода два мудака из дембелей демонстративно вскрывают вены (их НШ, майор Д-н, зае...л до усрачки). Так-то было за что. Я, когда с ротой разбирался, много чего узнал и понял. Но первая моя реакция — это залёт на роту, потом на батальон.
И вот сидим под козырьком подъезда. Елена Ивановна, капитан, начальник медбата, их мотает, а я говорю: «Так, засранцы, давайте разговаривать...» — «Чи... эээ, Елена Ивановна...» — «Слышь, старлей, вали отсюда, не мешай».
Она медик (воинское звание — капитан), она в своём праве. А у меня вопрос: а хрен ли эти придурки резали вены не вдоль, а поперёк? Короче, все быстро рассказали про свой антагонизм с НШ батальона. Помог уволиться, ибо вены режут неправильно, а меня и офицеров роты е...ть будут как за людей. Ну да, это вот так: залупа с НШ, а е...ут ротное звено. Ибо военники у НШ, печать у НШ, и уволить он мог по документам вчера или раньше. А мне залёт на роту нафиг не нужен. Этих пиздюков с моей подачи вызвездели, а я начал служить и ставить себя с нуля в этом подразделении.
Сразу скажу, в офицерский коллектив я быстро влился. Через некоторое время среди офицеров и прапорщиков батальона появилось погоняло «Комиссар», а личный состав быстро прозвал «Конём» — за бега с сигаретой в зубах по беспределу), ну и так, разные приколюхи по мелочи))). Тут нужно, наверное, рассказать про разведбат поподробнее.
Итак, разведбат. Учитывая, что тебя читают гражданские люди, объяснять буду по-простому, пусть кадровые коллеги до мелочей не докапываются). В каждом соединении — мотострелковых, танковых, общевойсковых дивизиях и бригадах — существуют подразделения боевого обеспечения. Одно из них — разведбат (есть и другие, но мы не о них).
В штате разведбата, а говорим про то время, что я служил (сейчас по-другому), были 1-я и 2-я роты разведки, 3-я (разведывательно-десантная рота), рота радиоэлектронной разведки и подразделения боевого и тылового обеспечения. Управление специально не трогаю.
Тут нужно начать с того, что отбор прибывшего личного состава срочной службы, как правило, начинается в соединении именно для разведбата, в разведбате — именно для РДР. То есть туда отбирают наиболее серьёзных парней. А дальше всё зависит от командира. И если кто-то по каким-то причинам в роте не прижился, его сплавляют в разведроты или курковые роты полков и батальонов), ну, может быть, за исключением специалистов: это механики-водители, командиры боевых машин и так далее.
В целом это здоровые спортивные ребята, зачастую со сложной (...) судьбой. Скажу так: моих семь человек оказывали влияние на два соседних танковых полка. Их впоследствии пришлось раскассировать по дивизии (каюсь, не всё вовремя сумел вскрыть и понять((, и минимум трое из них сразу стали старшинами рот в пехоте и танкистах. И вот среди таких парней мне пришлось завоёвывать авторитет (надеюсь, что да).
А ещё я впервые по большому счёту столкнулся с офицерами-новосибирцами. Это выпускники Новосибирского командного — кадровые офицеры-разведчики. Не, мне и
