Публикация от 19 февраля 2026

​​У супермаркета есть такие металлические конструкции, над ними - табличка: собака. Имеется в виду - тут место для привязи. Ряд таких металлических штук для великов, а следом - штуки для собак. И вот я курю у входа. Смотрю на привязанную собаку. Дворняга. Классическая. Желто-серая. Отсылка к овчарке. Саблевидный хвост, уши стоячие, черный нос, рост в холке - 45-55, на 10 пониже основоположника. Снег идет, метет немного. Собака стоит в напряжении, смотрит на центральный вход неотрывно, время от времени перебирает лапами. И все ее нервы наружу - вся концентрация на чистом ожидании, весь страх одиночества, вся любовь. Она - воплощение ожидания. Выдернутый наизнанку зубной нерв. Ни мгновения отдыха. Она ждет. Она ждет, ждет, ждет. Она ждет тяжело, теряя энергию в астрономических единицах. Она ждет так, как ждет мать сына с войны. Она потеряла мир, потеряла себя. Ничего нет, кроме жгучего желания увидеть хозяина. И вот идут мимо люди с пакетами. Смотрят на нее, на такую оголенную, ясную, о любви и страхе сообщающую, и думают, подходя - о, вот же ж собаки, собачья преданность, ведь каждый день ее водят к магазину, каждый раз привязывают к штырю, каждый раз забирают, а она - собака - не может усвоить, что человек вернется, дура такая, одним сердцем дышит, сколько уж раз хозяин возвращался, а она все как наново - ушел, значит пропал, бедные божьи твари, сделали же их такими вот, от себя отрезанными, ну дрожи-дрожи, придет твой скоро, придет... Тут я поняла. Собаки умнее людей. Кто бы там ни был - тот человек, в супермаркете - он ведь перед Богом прост и беззащитен. Оторвется тромб. Упадет человек на кафель, под полку с цветной капустой. Приедет скорая. Вынесут на носилках пакет с мясом человека. На собаку и не взглянут. Русского языка у собаки нет - она не крикнет: "Пустите меня к нему, дайте войти в машину, в какую больницу везете?!!" Она на веревке, прикована к штырю. Ключей от дома нет у нее. Денег - нет. Паспорта с пропиской - нет. Она все это знает. Поэтому так дрожит. Когда я это поняла, решила постоять с собакой до тех пор, пока не выйдет человек. Ох... Человек, надо сказать, с нами обошелся жестко. Нас уже с собакой замело по самую мякотку. И, представьте, вышла старушка, за восемьдесят. В платке сером, в облезлой норковой шубке, в валенках. Собака разрыдалась. Бросилась целовать. Старушка начала веревку распутывать. И приговаривает: - Ну... ну... как запутала... все... все... сейчас пойдем домой, фарша взяла, сейчас нажремся и спать ляжем... всё, всё... Люди тоже есть такие, как собаки - как выдернутые наизнанку голые нервы... © Катя Пицык 𝘾𝙤𝙢𝙞𝙡𝙛𝙤🍒 𝙏𝙚𝙡𝙚𝙜𝙧𝙖𝙢 / 𝙈𝙖𝙭