— Ты отдал нашу машину своей бывшей, потому что ей тяжело возить детей в школу на автобусе?! А я на девятом месяце должна толкаться в душной маршрутке?! Тебе комфорт той женщины важнее здоровья твоего еще не родившегося ребенка! Ключи на стол, и катись к ней пешком!
Ольга не кричала — она выплевывала слова вместе с тяжелым, свистящим дыханием, опираясь одной рукой о косяк входной двери, а второй придерживая огромный, неестественно низкий живот. В прихожей пахло жареным луком и резким мужским одеколоном — запахами, от которых к горлу мгновенно подкатил липкий ком тошноты. С её лба, прилипшего мокрыми прядями к вискам, катились крупные капли пота, оставляя соленые дорожки на пунцовых щеках. Ноги в растоптанных кроссовках отекли так, что шнурки врезались в кожу, превращая лодыжки в надутые резиновые перчатки, готовые вот-вот лопнуть.
Продолжение
