— Будешь обслуживать гостей как повариха и уборщица! — приказала свекровь, но я не подчинилась
Дверь распахнулась так резко, что задребезжали бокалы на столе. Лариса стояла на пороге гостиной в пальто, с которого на паркет капала вода после уличного дождя, и молчала — ровно столько, сколько нужно было, чтобы все взгляды за столом обратились к ней. Рядом с ней, чуть позади, стоял Игорь, её двоюродный брат, в костюме, с портфелем, который он держал так, будто это было не кожаное изделие, а щит.
— Инна Семеновна, — произнесла Лариса тихо, но так, что голос прорезал общий гул застолья, — вы сейчас объясните гостям, откуда взялась еда на этом столе. Или это сделаю я.
Свекровь побледнела. Вилка выпала из руки одной из гостий, немолодой женщины в жемчужном ожерелье, и звонко ударилась о фарфоровую тарелку. За столом воцарилась тишина, в которой было слышно, как где-то на кухне тикают старые настенные часы.
— Ларочка, деточка, ты не вовремя, — попыталась выкрутиться Инна Семеновна, но голос её дрогнул, выдавая то ли испуг, то ли начинающуюся панику.
Продолжение
