Рыбалка для отца всегда была делом священным, требующим идеальной тишины и молитвенного сосредоточения. Папа верил, что рыба чувствует даже плохие мысли. Но в ту субботу он совершил ошибку, масштаб которой осознал лишь к вечеру: он решил взять с собой маму.
— Глядишь, и ей понравится, — оптимистично шептал он мне в четыре утра, пакуя в багажник пять видов прикорма и «эксклюзивные японские блесны». Мама в это время уточняла, есть ли на озере вай-фай и выдают ли там шезлонги. К машине она вышла в широкополой шляпе, розовом бархатном костюме и с корзинкой круассанов.
— Дорогая, мы едем на озеро, а не на съемки рекламы парфюма, — заметил папа.
— Игорь, если я буду страдать от отсутствия эстетики, рыба это почувствует и не клюнет из солидарности, — парировала мама.
На Лисьем озере туман стоял стеной. Папа благоговейно раскладывал снасти, двигаясь как ниндзя.
— Главное — тишина, — прошипел он.
Мама кивнула, уселась на ярко-оранжевый стул и с оглушительным скрежетом щелкнула крышкой термоса. Звук разнесся над водой, как выстрел. Папа вздрогнул.
— Игорь, а червяки голодные? Смотри, как извиваются. Давай дадим им кусочек сырника?
Папа закрыл глаза и прошептал: «Просто смотри на поплавок».
Через десять минут маме стало скучно. Она начала подталкивать поплавок кончиком удилища: «Он не сломался? Почему просто стоит?» В этот момент у папы по-настоящему дернуло.
— Есть! — выдохнул он. — Идет крупная!
Катушка запела. Мама решила, что настал её звездный час: «Я помогу!» Она схватила подсак, запуталась в ногах и с криком «Берегись!» рухнула в воду. Столб брызг накрыл папу, леска лопнула. Папа стоял мокрый, с обрывком снасти, а розовая шляпа мамы печально дрейфовала к горизонту.
После часа сушки маме вручили запасную удочку, приказав «не дышать». Она открыла роман и зажала удилище коленями. Вдруг удочка согнулась дугой.
— Ой, — сказала мама, не отрываясь от чтения. — Кажется, за корягу зацепилось. Тяжело так.
Папа глянул на леску и побледнел:
— Лена! Мотай! Это не коряга, это монстр!
Мама начала крутить катушку в обратную сторону. После пяти минут хаоса и маминых визгов на траве оказалась огромная щука — настоящий речной крокодил. Папа смотрел на рыбу так, будто увидел инопланетянина.
— Ну вот, — заметила мама, — а ты говорил — маскировка... Просто рыбе стало интересно, что я читаю.
Вечером мы ехали домой. В багажнике лежала щука, пойманная вопреки всем законам науки. Папа молчал, а на следующие выходные я заметил, как он первым делом грузит в машину мамин оранжевый стул. На удачу.
👵🏼Бабушка у подъезда|Женские истории
