— Это всегда была моя квартира, а не вашего сына, — ошарашила я свекровь, протянув ей документы
Когда я впервые увидела Максима в том кафе на Маросейке, он читал Бродского и пил эспрессо двойной крепости. Я заметила его руки — длинные пальцы с аккуратными ногтями, которыми он перелистывал страницы так бережно, словно книга была живым существом. Подсев к его столику из-за нехватки мест, я и не предполагала, что через полгода мы будем стоять в душном офисе банка, подписывая документы на ипотеку.
— Двадцать лет, — протянул менеджер, улыбаясь профессиональной улыбкой человека, для которого чужие долги — это просто цифры в таблице. — Поздравляю, вы теперь счастливые обладатели собственной однокомнатной квартиры.
Максим сжал мою руку. Его ладонь была влажной от волнения.
— Это начало нашей жизни, Лер, — прошептал он мне на ухо, когда мы выходили на залитую июльским солнцем улицу.
Я кивнула, прижимая к груди папку с документами. Тридцать два квадратных метра. Наши тридцать два квадратных метра. Я оформила квартиру на себя — так получилось выгоднее по процентной ставке, да и зарплата у меня была стабильнее. Максим работал дизайнером в небольшой студии, где задержки выплат случались регулярно, а я вела бухгалтерию в торговой компании. Мы договорились платить пополам, хотя фактически большую часть вносила я.
— Не переживай, — успокаивал меня Максим, когда очередной платёж ложился на мои плечи тяжелее, чем планировалось. — Скоро у меня будет большой проект, я отдам всё.
Я верила ему. Тогда я верила во многое.
Свадьбу сыграли скромно, через три месяца после покупки квартиры. Максимова мать Алла Сергеевна появилась в моей жизни как гроза в ясный день — внезапно и с оглушительным громом. Высокая, статная женщина с короткой стрижкой и привычкой говорить, не дожидаясь вопросов, она заполняла собой всё пространство.
— Ну что, посмотрим на ваше гнёздышко, — объявила она в первый же визит, ещё не переступив порог.
Квартира была почти пустой. Мы только-только завезли старенький диван от моих родителей, стеклянный столик и бросили матрас на пол в качестве спального места. На окнах висели временные жалюзи, стены зияли голым бетоном в ожидании ремонта.
Алла Сергеевна прошлась по комнате, цокая языком
Продолжение
👵🏼Бабушка у подъезда|Женские истории
